[b]Содержание:[/b]

Дзэн и путь меча
Буддийские Притчи
Наставления для повара Дзэн (Тэндзо Кёкун)
Три великих мастера о сокровенном смысле фехтования
Письмо Такуана Дзягю Тадзима-но-ками Мунэнори о тайне недвижимой праджни
Книга пяти колец
Наставления самураям перед битвой
Психотехника рукопашной схватки
Секреты японской стратегии
Хокку Басё
Херригель - Дзен и искусство стрельбы из лука
Догэн Учение Догэна
Сознание Дзэн, сознание начинающего - Судзуки Сюнрю
Судзуки - Основы дзэн-буддизма
Избранные чаньские изречения
Даосские притчи
Завет Пути Силы - современное прочтение Дао-Дэ Цзин
Гуань Инь-цзы (отрывки)
Афоризмы старого Китая
Хун Цзычэн - Вкус корней
Трактат об основах совершенствования сознания - Хун-Жень
Сутра Помоста Шестого Патриарха
Десять ступеней бодхисаттвы
Шантидева Путь Бодхисаттвы - Познание запредельного
Капля нектара слов Манджушри
Сущность практики и просветления для начинающих - Мастер Ханьшань Децин
Учение Дзэн о мгновенном пробуждении - Хуэй Хай
Сэнцань - Слова доверия сердцу
Син-юнь. Чаньские беседы
Практика чань-буддизма Су-Юнь
Что такое это хуатоу
Мастер Шен Янь. - Сосредоточение
Мумонкан: Застава без ворот - Хуэйкай Умэнь
Практика дзэн - Кацуки
Пять Порядков Тодзана
Пять домов дзэн - Клири Томас
Буддизм и дзен - Сэндзаки
Беседы мастера дзэн Ясутани
Поэзия просветления. Поэмы древних чаньских мастеров
Сикантадза и Безмолвное Озарение - Беседа Мастера Шен Яня
Безмолвное Озарение - Хун-чжи Чжэн-цзюэ (1091-1157)
Вопросы к практикующим дзадзен
Как правильно практиковать сикан-тадза?
Сикан-тадза - Капра
Наставления в созерцании хваду - Кусан - сыним
Кусан-сыним - Мудрость каменного льва
Дзэн и путь меча:опыт постижения психологии самурая - Кинг Уинстон
Восемь Врат Дзэн - Программа практики дзэн
Чань буддизм
Дзэн в любви и работе - Йоко Бек
Антология даосской философии
Даосская практика достижения бессмертия - Стулова
Внутренние практики в буддизме и даосизме (секретные методы) - Богачихин
Посыпание Будды пеплом - Дзен Мастер Сунг Сан
Секреты китайской медитации - Юй Лю
Лучшие притчи дзэн: обычные истории о людях необычайных - Логинова
Секреты китайской медитации - Юй Лю

***
«Жизнь — прекрасна, а смерть — ужасна» — сколь банально это изречение! А вот «не рождаться и не умирать» — уточненная чаньская мудрость.
Чаньский путь заключается в том, чтобы, не отбрасывая ни жизнь, ни смерть, преодолевать и то, и другое. Люди, стоящие на пути просветления, самыми разными способами доказывают это. А поэтому, лицом к лицу сталкиваясь со смертью, они продолжают пребывать в покое и отсутствии волнений, чего не скажешь об обычных людях.
А ведь и в каждом из нас тоже есть хотя бы часть того мудрого сердца, что дает чаньское просветление, мы лишь очень привязаны к этому миру.

[b]Он не далек от Будды[/b]

Как-то к чаньскому наставнику Эшаню пришел один студент и спросил: «Читали ли Вы христианскую Библию?» Эшань признался, что не читал, и попросил прочесть ему несколько отрывков.... Эшань слушал и кивал головой в знак согласия, а затем сказал:
— Кто бы ни был тот человек, которому принадлежат эти слова, но, по-моему, он уже постиг все истины.
— «Просите, и дано будет вам; ищите и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят», — продолжал читать студент.
— Замечательно! — воскликнул Эшань. — Не важно, что за человек произнес эти слова, но я полагаю, что он не далек от Будды!
***
Если в твоей душе много ложного, то будет очень сложно постичь истинное. Если же в сердце есть истинное, то сложно его будет загрязнить ложным. Но изначальная природа сердца — едина, так как же его использование может быть двойственным? Так где же в таком просветленном и одухотворенном сердце, что пронизано единой мыслью, найдется место для истинного или для ложного? Мы же извечно закабаляем и замутняем нашу изначально светлую и спокойную душу разными стереотипными представлениями о жизни. Ну и где же здесь свобода сердца?

[b]О счастье и страдании[/b]

Чаньский наставник Байма Сюньчжао часто любил повторять: «Как прекрасно! Как счастливо!» Но когда уже не за горами была его кончина, он все чаще громко причитал: «Горе мне! О, горе!» А порой бывало, что он мог в испуге закричать: «Владыка ада Ямараджа придет за мной!»
Как-то раз настоятель монастыря, услышав в очередной раз подобные стенания, упрекнул его: «В былые времена, ты, будучи еще цзедуши (правителем области), однажды упал в реку и сумел при этом сохранить полное спокойствие. Как же ты сейчас можешь так себя вести?»
Чаньский наставник сказал:
— Высокочтимый монах, подойдите ко мне!
Настоятель подошел к ложе, на котором лежал Сюньчжао. Тот приподнял голову с подушки и сказал:
— То время, о котором ты говорил, и сегодняшний день — это разве одно и то же?
Настоятель счел лучшим промолчать в ответ.
***
Радость — это, конечно, Чань. Но почему же страдания не могут быть Чань? Люди, занимаясь своими делами, знают лишь одну сторону вещей и явлений, при этом совершенно забывая о другой. Истинные чаньские наставники никогда не будут ограничивать себя в проявлении своих чувств только ради того, чтобы другие сочли их людьми праведными. Во всех своих намерениях они абсолютно открыты и искренни. Воистину, их чаньское сердце может проявиться повсеместно. Они — искренни и открыты!
***
Вся наша жизнь пронизана стереотипами, мы ее проживаем, опираясь лишь на них. Когда опустошим эти понятия и стереотипы, мы внезапно все поймем. Все, что останется после этого внутри нас, — пустотное, просветленное и свободное от всего сердце. Это и есть изначальный лик нашего сердца, состояние, в котором мы находились у самого истока.

[b]Сокровищница, что запрятана у тебя дома[/b]

Когда Хуэйхай впервые пришел к чаньскому наставнику Мацзу Даои, тот его спросил:
— Откуда ты пришел?
— Я иду из монастыря Даюньсы, что в об ласти Юэчжоу.
— И какое же дело привело тебя сюда?
— Я пришел сюда в поисках Учения Будды.
— Может быть, у меня вообще ничего нет, так какое же Учение Будды ты здесь ищешь? Ты даже не видишь сокровищницы, запрятанной в твоем же доме!
— Сокровищницы, запрятанной в моем же собственном доме? — удивился Дачжу. — Ну а где же находится сокровищница самого Дачжу Хуэйхая?
— Слушай получше! То, о чем ты меня только что спрашивал, и есть сокровищница, запрятанная в твоем же собственном доме.
В ней все содержится с самого начала, в ней нет ни избытка, ни недостатка. Если надо ею воспользоваться — так пользуйся! Стоило ли покидать этот дом и отправляться так далеко?
Услышав эти слова, Хуэйхай сразу же прозрел изначальную природу своего сердца. Он даже стал пританцовывать от радости и поклонился учителю в знак благодарности. После этого он в качестве ученика провел с Мацзу более шести лет, а затем вернулся в Юэчжоу.
***
«Сокровищница, что запрятана в твоем же доме» — этими словами Мацзу указывает Дачжу на «сознание-сокровищницу» (санскр. алая-виджнана), которое, прозревая весь мир, по сути, прозревает само себя, поскольку изначально содержит в себе все проявления дхарм. Поэтому Мацзу удивляется, что Дачжу «покинул дом и отправился так далеко», то есть начал искать Будду вне своего сердца. Примечательно, что в конце жизни Дачжу становится полным отшельником, то есть до конца воплощает совет Мацзу «не искать вовне».

[b]То, что превосходит естественность[/b]
***
Способность познавать естественность — это и есть наша нынешняя способность слышать и видеть. Так как же мы можем выйти за пределы этого мира? И если можно выйти за пределы естественности, то что же тогда невозможно преодолеть? Наше сердце — самое великое сокровище, оно обладает безграничными возможностями.
И именно из этого сердца, если найти правильный способ, и делается первый шаг к этим безграничным возможностям.
***
Сердце — словно великое море, берегов не имеет.
Наставление, из уст выходя, тело врачует, словно лотос алеет.
Даже если руки твои не заняты делом,
Не значит это, что в праздности ты пребываешь.

[b]Живая природа птицы [/b]
***
Вот основной принцип буддийского Учения: «Все живые существа равны — они все обладают природой Будды». Все они в равной степени имеют природу, готовую к просветлению, просто не все готовы сделать над собой усилие.

[b]В пустоте не смотать нить[/b]

... Я спросил о том, как в конечном счете чаньские наставники должны направлять людей к Учению?
— Это мастерство сравнимо с тем, как вонзить иглу в каменную стену или следовать за скручиванием нити — так зачем же нужно обязательно змее пририсовывать ноги? Коли ты не прозрел свое сердце, то все наставления будут бесполезны для тебя! Человек, который так и не понял самого себя, даже от всетерпимого Будды может не дождаться сострадания!
Примечание : Традиционный вопрос «В чем смысл прихода Бодхидхармы с Запада?» равносилен вопросу «В чем смысл Чань?»

[b]Жизнь в ликовании[/b]
***
По сути, Чань — тоже радость! Но он превосходит все остальное! Он никак не связан с вещами, которые находятся вне тебя, и поэтому твое тело обретает ни с чем не сравнимое безграничное ликование. И если ты прозреваешь свое чаньское сердце, то и во всех аспектах, во всех областях жизни тебе будет способствовать удача.
Чань поистине может стать чудесным средством для каждого человека, которое не имеет никаких недостатков!

[b]Цветы, что схожи с буддийскими песнопениями[/b]

— Чтобы сохранить чистоту и покой в сердце, помни: принцип этого и способ ухода за твоими цветами — одинаковы. Лишь только постоянно очищая свое сердце и гармонизируя свое состояние, можно узреть сладкие росы Великой естественности.
— Спасибо Вам за наставление, но мне бы хотелось иметь возможность провести часть жизни в монастыре, чтобы погрузиться в эту умиротворенную атмосферу буддийских песнопений, — говорила девушка, вся преисполненная радостных надежд.
— Твое дыхание и есть звуки песнопений, биение пульса — это колокола и барабаны, тело твое — вся вселенная, а уши — высшее знание-бодхи, и нет места, где не было бы покоя и чистоты. Так зачем же еще и отправляться жить в монастырь? — ответил монах.
***
Вот уж отличная иллюстрация поговорки «Устроить место для постижения Пути-Дао посреди самой шумной площади»! Лишь надо очистить и успокоить свое сердце, так где же тогда останется место, где не будет покоя? Если же в твоем сердце не будет покоя, то представь, что находишься в старом монастыре в глубине высоких гор, а снизу доносится лишь далекий шум.

[b]Пустоту не перелететь[/b]

Монах-ученик потратил немало времени, изучая буддизм, но так и не смог достичь просветления. Потеряв всякую надежду, он отправился к своему учителю — чаньскому наставнику гунъану, чтобы проститься.
— Просветление вытекает из самой изначальной природы человека и не обладает никакой исходной формой, равно как и не существует способа, чтобы передать его другим людям.
Нельзя постичь его, пытаясь впопыхах выучить что-то. У других людей — другой мир, а то, что пестуешь ты, — это твой путь Чань. Так зачем же ты в своих речах смешиваешь себя с другими? — сказал гунъану.
— Ох, так ведь я по сравнению с другими наставниками и учениками, словно крохотный воробей по сравнению с могучими орлами!
— Насколько могучи орлы? Насколько мал воробей? — недоуменно спросил монах-наставник.

[b]Неверие и есть высшая истина![/b]

Как-то монах-ученик пришел к государственному наставнику Хуэйчуну за наставлениями и спросил:
— Древние говорили: «Изумрудно-зеленый бамбук и есть тело Закона (дхармы), ароматные хризантемы — не что иное, как нирвана». Неверующие считают, что это ложное утверждение, верующие же полагают, что это просто бессмыслица.
— Это утверждение соотносится с чертогами, где обитают боддисатвы Манджушри и Самантабхадра, обычные люди и последователи учения Малой колесницы не способны уверовать в это. А поэтому сутра «Хуаянь цзин» и говорит: «Тело Будды полностью заполняет мир Закона и проявляется еще перед возникновением всей массы живых существ. И оно всегда пребывает на троне высшей мудрости-бодхи». «Праджня-парамита-сутра» говорит: «Внешние проявления (рупа) не имеют границ, поэтому и сама мудрость (праджня) не имеет границ».

[b]Отрубленная голова упала наземь[/b]
***
Скрытый смысл «отрубленной головы» соотносится с понятием «я», «мое Эго». Это значит, что «я» в этот момент превращается в «не-я», будто вообще исчезает. Так где же в этом случае можно найти «я», которое можно было бы «отрубить» и принести показать другим людям? И именно такой человек с «отрубленной головой» может дойти до истоков своего чаньского сердца.

[b]Тело, не подверженное болезням[/b]

— Когда вы покинете этот кожаный мешок, что зовете своим телом, куда вы отправитесь, чтобы встретиться со мной вновь?
***
Когда обычный человек болеет, то сердце его не спокойно. Когда заболевает чаньский наставник, то сердце его спокойно и умиротворено.

[b]Шелковинка, на которую даже вещь не подвесить[/b]
***
Скрытый смысл выражения «шелковинка, на которую даже вещь-то не подвесить» заключен в том, что сердце пребывает в пустотном и светлом состоянии и даже мирской пыли негде осесть.
Судя по всему, сердце, что любит красоту и не является сердцем вовсе, — хорошее дело! Хе-хе!
***
«Шелковинка, на которую даже вещь не подвесить» — буддийское выражение, означающее «ничто», крайне малую часть. первым его употребил мастер Ау Сюаньжи, который на вопрос, чем он занимался весь день, ответил: «Шелковинкой, на которую даже вещь-то не подвесить». В «Сутре помоста Шестого патриарха» Пятый патриарх Чань — Хунжэнь, предупреждает своего преемника Хуэйнэна, чтобы тот больше не передавал титул Патриарха, дабы избежать споров: «Иначе жизнь твоя будет висеть на шелковинке».

Приход, уход — всего лишь заблуждение

— Я одиноким пришел в этот мир, одиноким ухожу. Вы, чаньский наставник, чем можете помочь мне в моих страданиях?
— Если ты действительно считаешь, что по-истине пришел в этот мир, а затем еще и уходишь, то это лишь твое заблуждение. Сейчас же позволь мне показать тебе дорогу, по которой не приходят и не уходят!
И в этот момент умирающий человек действительно увидел эту дорогу. Озаренный легкой улыбкой, он пошел по ней.
***
В конце концов, все страдания и переживания людей строятся вокруг одного — вопроса о жизни и смерти. Умирающий человек, что просил чаньского наставника о последнем наставлении, понял, что приход и уход, жизнь и смерть — всего лишь наши заблуждения и иллюзии. Благодаря этому он обрел освобождение в своем сердце, поэтому ушел из жизни успокоенным. Ну а мы — те, кто еще живут в этом мире? Жизнь приходит естественным образом, смерть возвращает нас в эту естественность. Путь естественности, который способен вобрать в себя и жизнь, и смерть, по сути, означает отсутствие и жизни, и смерти.

СОЗЕРЦАНИЕ ПРИШЛО — И ПУТЫ ТОТЧАС СПАЛИ

[b]Во всём повинуйся судьбе[/b]
... «Следуй времени», «Следуй природным свойствам», «Принимай мир, какой он есть», «Следуй судьбе», «Следуй радости» — так старый монах понимает время Небес, постиг природу вещей, осознал путь Чань, проник в чувства человека. Слова этого наставника высокого уровня, даже записанные на бумаге, заставляют людей слышать и видеть по-новому.
Следовать — не значит лишь идти вслед, а значит следовать естественному ходу событий, не роптать, не забегать вперед, не искать помощи.
Следовать — не значит «плыть по течению», а значит использовать шансы, данные судьбой, не быть догматичным и негибким, не жить в плену своих иллюзий.

[b]Давно отпустил ее[/b]
… Когда восходишь в чертоги чистого и свободного духа, то никакая вещь уже не сможет загрязнить их. Каждый из нас, по сути, — гигант, взваливший на спину множество людей и явлений этого мира. С рождения до смерти он никогда даже не мечтает о передышке, не помышляя о возможности сбросить груз и отдохнуть немного. Слишком длительная нагрузка стала уже привычной и заставила нас забыть о том, каково это — жить расслабленно.

[b]Изначально это — твоё[/b]
… Для того чтобы заниматься мирскими делами, тоже требуется немалая мудрость! Не случайно говорится: «Благородный муж (цзюньцзы) искушен в хитрости, низкий же человек — просто упрям». Сталкиваясь с благородством и низостью, сложной и запутанной логикой человеческих чувств, и не обладая при этом мудростью и проницательностью, разве можно выявить, что же среди этого — самое главное?

[b]Твой завтрак остыл[/b]
… Проживай каждый миг с пользой. Не увлекайся рассуждениями, вещами, не уносись в несбыточные мечты. Нужно лишь научиться пользоваться твоим нынешним пребыванием в этом мире.

[b]Оставь это![/b]

… Я прошу тебя оставить не эти вазы, а все страсти и заботы, что несешь ты в себе. Если оставишь их, то во все последующие времена будешь свободен от оков жизни и смерти.
Оставить всё — отнюдь не значит просто что-то отбросить во внешнем мире, а избавить сердце от оков, полностью освободить душу.
Хорошенько подумай о том, что лучше всего отбросить, а что, как раз, отбрасывать и не стоит.

[b]Стоит ли гневаться из-за орхидей?[/b]

Один чаньский наставник очень любил орхидеи. И однажды, перед тем как отправиться в странствия, он повелел своим ученикам как следует ухаживать за монастырскими орхидеями.
Ученики всё делали в соответствии с наказом наставника, но как-то раз задели подставку с цветами — и горшки с орхидеями полетели на пол, разбившись вдребезги. Ученики страшно перепугались, в их головах уже рисовались картины того, как разгневается наставник и сколь суровое наказание их ждет.
Наставник же, узнав обо всем по возвращении, созвал всех учеников и сказал: «Я посадил эти орхидеи лишь для того, чтобы поднести их в дар Будде, а еще — для того, чтобы воспитать в себе трудолюбие. И уж, конечно, я посадил орхидеи не для того, чтобы на кого-то гневаться!»

И если в своей повседневной жизни мы научимся думать: «Я ведь работаю не для того, чтобы гневаться», то в наших неспокойных сердцах, наконец, воцарится гармония.

***
Бо Цзюъиобратился к нему с гатхой:
Так почему же, погружаясь в сны, запутываемся в иллюзиях мы?
Да и сами иллюзии наши — не более чем сны?
Монах Няолань тоже ответил гатхой:
Придя бесследно, уходишь без следа.
Уход, приход — все та же суета.
Зачем еще и вопрошать о суетных делах,
Коль суета вся эта — лишь во снах.
Впоследствии Бо Цзюъи себя объявив «Упасакой (то есть буддистом в миру) с гор Сяншань». Среди его многочисленных гатх было и такое:
Влюблённый в этот ветер, что кроны сосен в горах качал,
В луну, что устроилась спать на вершинах скал,
В журчанье ручьев, в полет облаков,
Здесь он горным монахом стал.

Сердце, опьяненное созерцанием, не мешает нам, словно птице, искать себе прибежище. Подобно птицам, что свободны от тягостных мыслей, ты возвращаешь свою душу к естественности. Пребывай в пустоте и тогда ты сольешься с этой пустотой!

В мире чистого сознания уносятся все суетные мысли. Но найдется ли хотя бы один человек, что обнаружит начало этого?

[b]Вкус горькой тыквы[/b]

Как-то ученики собирались в паломничество по святым местам. Наставник принес им горькую тыкву и сказал: «Носите ее везде с собой. По пути не забывайте окунать эту тыкву в каждую святую реку, вносите ее во все храмы, кладите на алтарь, когда будут произносить молитвы».
Ученики во время паломничества пересекли множество священных рек и святилищ и всё делали согласно наставлениям учителя. Вернувшись, они отдали горькую тыкву наставнику, и он приказал им сварить ее на ужин.
Во время трапезы учитель, едва откушав кусочек тыквы, многозначительно произнес:
— Удивительно! В скольких реках ее омывали, в скольких храмах освящали, а горькая тыква так и не стала сладкой!

Вкус горькой тыквы останется горьким независимо от того, сколько раз ее омывали, сколько раз освящали. Природа ее не изменится. И с нашим сердцем все то же самое. Независимо от того, святую или мирскую жизнь мы ведем, независимо от того, в каких землях мы пребываем, ясную и чистую сущность не изменить.
«Горы и воды легче изменить, чем изначальную сущность»? Так как же они собирались изменить изначальную природу вещей?

[b]Вне мыслей и рассуждений[/b]

Как-то один человек пришел к наставнику Синшань Вэйкуану и спросил:
— Обладает ли собака природой Будды?
— Обладает! — ответил наставник.
— Ну а, Вы обладаете природой Будды?
— Я не обладаю, — ответил монах.


[b]Проведенное с пользой время[/b]

Проведя долгое время в странствиях, монах Яншань вернулся, чтобы навестить своего учителя, наставника Вэйшаня.
— Да, давно не виделись, — приветствовал его учитель Вэйшань. — Чем ты занимался все это время?
— Я вспахал клочок земли и посадил туда семя, — ответил Яншань.
— Судя по всему, ты время впустую не тратил, — одобрил учитель.
— Учитель, а чем Вы были заняты? — поинтересовался Яншань.
— Днем — ел, ночью — спал! — прямо ответил Вэйшань.
— О, у Вас, Учитель, все это время тоже не было ни одной свободной минуты! — с почтением произнёс Яншань.

[b]Созерцание при ясной луне[/b]

Стояла тихая ночь середины осени. Два чаньских наставника Цзинцэнь и Яншань вместе любовались луной.
— Каждый человек обладает этим, но не все могут это использовать, — заметил Яншань.
— Прежде надо еще научиться использовать свое «я», — добавил Цзинцэнь.

[b]Как вытащить гуся из кувшина[/b]

Чиновник Лу Сюань однажды спросил монаха Наньцюаня:
— Когда-то давно люди, откармливавшие гуся, посадили его в кувшин. Постепенно гусь подрос — да так, что его не смогли оттуда вытащить. Если бы это произошло сегодня, как бы вы, наставник, вытащили птицу оттуда, не разбив кувшина и не повредив гуся?
— Эй, господин! — окликнул его Наньцюань.
Лу Сюань тотчас откликнулся.
Наньцюань улыбнулся: «Выходите!»

***
«Бери решительно, оставляй без сожалений», — важнейший принцип Чань.
Всегда бери, когда нужно взять, всегда оставляй, когда нужно оставить.

[b]Кто связал тебя?[/b]

Как-то раз, юноша Даосинь пришел к Сэнцаню за советом:
— Наставник, как освободиться от страстей и заблуждений?
— Кто связал тебя?
— Никто не связывал меня, — постояв минуту молча, ответил Даосинь.
— Тогда о каком же освобождении ты просишь? — спросил наставник.

[b]Где же Путь?[/b]

О дин монах спросил наставника Вэйкуаня:
— Где Путь-Дао?
— Прямо перед тобой, — ответил Вэй-куань.
— А почему я его не вижу?
— Ты обладаешь «я», а поэтому тебе его и не увидеть.
— Раз уж из-за того, что обладаю «я», я не вижу Путь, то ты-то видишь его? — спросил монах.
— Вот из-за того, что ты обладаешь и «я» и «ты», тебе точно никогда его не узреть! — сказал Вэйкуань.
Монах решил поставить вопрос по-другому:
— А если не будет ни «я», ни «ты», то можно будет узреть его?
— Если не будет ни

[b]Разговор о буддизме за чаем[/b]

— Все люди обладают этим, но почему это не выразить словами? — Именно потому, что они обладают этим, это и не выразить словами, — ответил монах.
— Если так, то почему же ты, мой друг, об этом сейчас говоришь? — снова задал вопрос Пан.
— Нельзя все время об этом не говорить!

Чань может показаться очень сложным, при этом будучи очень простым. Чань может показаться и очень простым, оказавшись на деле очень сложным. Тот, кто понимает это, — тот понимает, кто не понимает, — тот уже не поймет.

[b]Чань одного пальца[/b]

Показать один или много пальцев — в чаньской практике имеет одинаковое значение.
Главный смысл одного поднятого пальца — непосредственно указать обучающемуся на глубинный духовный смысл. Избавившись от пустых иллюзий и взирая изнутри на все происходящее, сможешь в конце концов уловить смысл этого.
Вот и мы, если научимся слушать в любой момент, взирать на любое место и постоянно слушать, в конце концов, чем будем отличаться от чаньских последователей?

[b]Чань отрубленного пальца[/b]

...Ученик хотел, было по привычке, снова поднять палец, но, увидев, что он отрублен, тут же прозрел.

[b]Дружба с тиграми и барсами[/b]

Если в сердце есть хоть капля добра, то вполне можно подружиться и с тиграми, и с барсами. Ну а что же надо иметь в сердце, чтобы дружить с людьми?

[b]Чай вне размышлений[/b]

«Пить чай вне всяких состояний так же естественно, как то, что ива зелена, а цветы красны».
Чай «со вкусом Чань» — это чистый обычный чай, чай без каких-либо состояний души.
Чаепитие вне какого-то конкретного душевного состояния — это всеобъемлющее явление, как и зеленый цвет ивы и красный цвет цветов, и за пределами этого нет никакого иного мира. Попивая чай вне всякого состояния души, почувствуешь истинный вкус просветления. Не веришь — попробуй-ка чашечку чая!

[b]Искать огонь в печи[/b]

«Твое сердце и буддийское учение изначально и есть одно и то же. Теперь же тебе следует хорошенько оберегать это».
...То, что в печи изначально есть огонь, символизирует: в нас изначально в сокрытом виде есть природа Будды, лишь надо смотреть, проявлена ли она. Наставник при помощи поиска огня в печи наставил Гуйшань Линью в том, чтобы постичь свой истинный лик. Когда суть Чань становится очевидной, а состояние духа — абсолютно ясным, то состояние просветления оказывается подобным отсутствию просветления, лишь надо смотреть на точный момент и благоприятные причины.

Первичное учение Чань делает упор на превалирующий характер «сердца», или «души» (синь), как средоточия всей изначальной незамутненной природы человека. Ранний принцип созерцательных школ буддизма гласил: «Будда — в твоем сердце». Но этого, кажется, мало, учителя проповедуют абсолютную неразличимость между состоянием Будды и сердцем, или душой, любого человека. Будда не просто «в сердце»: «Твое сердце и есть Будда», — утверждают наставники V II–VIII вв., такие как Хуэйнэн, Мацзу, Наньцюань и многие другие, которые за счет своих диалогов с учениками стараются избавить их от всех пут, которые порождаются наличием тела, а также чувств и ощущений, связанных с ним.
Но наставники X–XII вв. идут еще дальше.
Надо не только «отбросить тело» и обнаружить в себе «чистое сердце», которое и есть «природа Будды», но дойти до логического предела самоопустошения. Так, школа Цаодун провозглашает необходимость «избавиться и от тела, и от сердца» или, дословно, «сбросить с себя и тело, и сердце». Но сам по себе принцип «внесловесной передачи» отнюдь не явился «изобретением» Чань, он был изначально заложен в самом классическом буддизме, еще в его «индийской версии».
В чаньских сборниках юйлу, например, «В записях о передаче светильника» (XI в.) часто приводится притча о передаче Буддой Шакьямуни учения своему ближайшему последователю. Именно Махакашьяпа, уловивший, что суть буддизма — не в объяснениях, а в состоянии души, которое можно передать вне слов, и стал Первым патриархом буддизма. Классическое чаньское «Изначальное собрание пяти светильников» так передает последнее завещание Будды:
«Я обладаю хранилищем ока истинного закона, сутью сокровенной нирваны, проявлением вне проявлений, вратами дхармы к тончайше — сокровенному.
Не опирайтесь на письмена, не передавайте учение вовне — это я и поручаю Махакашьяпе».
Естественно, другие направления буддизма, например Тхеравада («Малая колесница»), по-другому описывали последние наставления Будды, хотя многие упоминают акт «передачи цветка» как передачи патриаршества. Но для Чань важным стал именно момент внесловесной передачи учения, а также завещания «не опираться на письмена» и «не передавать учение вовне» — это два важнейших принципа из четырех базовых чаньских постулатов, который затем приписывались и Бодхидхарме.
Чань обнаружил удивительный парадокс на пути к просветлению: нет никакой разницы, чем ты занимаешься, являешься ли монахом или мирянином, какое конкретно учение исповедуешь.
Важно лишь одно — чистота твоего сердца-сознания, незатронутость его «путами мира», которое и является критерием истинности твоего поведения.
На фоне подобных рассуждений любой священный текст лишь создает иллюзию собственного знания, и в этом смысле он оказывается вреднее, чем любое ложное учение. Как ярко говорится в предисловии к собранию сочинений чаньских авторов «Изначальное собрание пяти светильников» («У дэн хуэй юань»): «Ценность всего великого собрания Трипитаки — не больше, чем у клочка испачканной бумаги». Ценность имеет лишь личный опыт, личное откровение, переживания и даже личная ошибка. Все это проявляется в поступке, а поэтому Чань выступает как учение о практической деятельности, а не о религиозной традиции. Каждое действие есть лишь еще одно испытание состояния своего сознания, каждое твое высказывание — проявление чистого сознания.

Юйлу нередко называют «диалогами-загадками», что в данном контексте не совсем верно. Точнее — совсем не верно. Такой диалог может представляться «загадочным» или «парадоксальным» только для внешнего наблюдателя, который не вовлечен в сам чаньский дискурс, не способен уловить того, что стоит за стремительным обменом слов, жестов, поступков, а по сути — энергий. В сущности, здесь нет ничего загадочного, несмотря на кажущееся отсутствие логики. Ведь основная задача не в том, чтобы дать по-школьному четкий ответ на вопрос, например, «Что такое Будда?» или «В чем сущность прихода Первого патриарха Бодхидхармы с Запада?», а в том, чтобы проверить себя или натолкнуть ученика на размышления.
И в этом смысле в Чань абсолютно отсутствует догматика. Если еще у чаньских наставников V I–VII вв. мы видим рассуждения о «скандхах», «формах познания действительности», то уже к эпохе Сун, к IX–X вв. все это остается лишь как форма «внутреннего обучения» в буддийских школах, в то время как чаньский фольклор, постепенно превращающийся во вполне традиционный жанр народных исторических анекдотов «о людях необычайных», становится неким «общедоступным Чань».
И все же в отличие от того, что обычно принято думать о гунъанях, они не представляют собой ни «особого рода загадку», ни некую головоломку, которую необходимо разгадать. Да, действительно, гунъань не предусматривает никакого формального ответа: ведь настоящий диалог развивается как бы за пределами слов, беседа здесь похожа на перебрасывание не столько словами, сколько мыслями, жонглирование пространствами и образами. На уровне слов это воспроизвести невозможно, да и не нужно. Гунъань — проверка внутреннего понимания того, что достигается в процессе чаньской тренировки.
И в этом плане гунъань столь же опасен для вопрошающего мастера, равно как и для отвечающего ученика. Это проверка их обоих.

Правильного ответа здесь нет и быть не может — ответ правилен только в данной конкретной ситуации и для данных собеседников.
Даже если ученик дает теоретически (и догматически) правильный ответ в соответствии со всеми канонами жанра, но не понимает его сути, он рискует быть названным «попугаем», «ослом, что пытается подражать человеку» или просто получить удар палкой. Вот пример разных ответов на один и тот же вопрос. Примечательно, что в сборнике «Собрание речений просветленного чаньского учителя Сюэду, полного истинной мудрости и пресветлого восприятия» («Чжэнчжи минцзюэ Сюэду сянь чаньши юйлу», XV I в.) они идут один за другим:
Как-то монах спросил наставника Юнь-мэная:
— Что же такое в конечном счете Путь, выраженный в одном слове?
— Полное уничтожение!
В другом случае наставник Вэньчжоу на тот же самый вопрос отвечает монаху: «Это — я, старый монах, спрятавшийся на самом дне чаши для сбора подаяний».
Какой ответ правильный? Любой. И ни один из них. Он правилен только в данной ситуации и для конкретного мастера. Если он будет повторен другим последователем, это окажется лишь обессмысливанием изначального глубокого личного переживания действительности. И в ответах мастеров нет никакой загадки, если войти в контекст их диалога. Так, Юньмэнь, отвечая на вопрос, указывает, что если мы поймем, как выразить смысл Пути-Дао лишь в одном слове, то это будет означать полное уничтожение, абсолютную аннигиляцию всех иллюзий, заблуждений.
Вэньчжоу говорит одновременно и о другом, и о том же самом: нет никакого «Пути, выраженного одним словом» за пределами личности учителя. Нет вообще ничего, кроме нашего личного восприятия действительности, и монах, укрывший себя «на самом дне чаши для подаяний», то есть скромный и неприметный человек, может символизировать собой всю полноту реальности.
Ну, а если кто-то из нас даст подобный ответ на этот вопрос — как он будет воспринят окружающими? Думается, не очень адекватно.
Ведь ответ должен соответствовать личности отвечающего, его внутреннему опыту. И именно это соответствие ответа внутреннему переживанию и является критерием его истинности, отражения чистоты сознания.

Чань — очень практичное учение. Из любого философского постулата, из любых рассуждений он всегда делает практичный и вполне земной вывод. Уносясь ввысь в хитросплетениях слов и неожиданных диалогах, он всегда приземляется прямо на наш нынешний момент существования. Пожалуй, это идеал философии — ни одна мысль не может быть абстрактной. Монах задает сотни вопросов, представляясь мудрым и вполне подготовленным к восприятию истины, — а в ответ получает совет помыть пиалу или доесть свой завтрак.
Вместе с этим традиция предусматривала некие канонические ответы с оговоркой на то, что они были точными только для некой конкретной ситуации и для конкретного состояния сознания.
Такие «нормативно-удачные» ответы в виде диалогов и помещались в сборники, которые составили целый пласт чаньской литературы.
Безусловно, гунъань — метафора восприятия действительности, где сама видимая реальность не важна — важнее наше отношение к ней.
Сам смысл гунъаней вытекает из основной идеи Чань: учение подвижно, лабильно и не имеет постоянной формы. Чань не выразим словами, не излагаем в трактатах. Читатель или наблюдатель не обязан понимать суть происходящего, всех этих шлепков, выкриков или неожиданных ответов, но он должен верить, что за этим скрывается какая-то «пружина Чань» (чань цзи).

[b]Собрания чаньских речений: эхо шагов мастеров[/b]

Всего, как считается, существует около 1700 различных юйлу, оформленных в виде гунъаней, из них активно в чаньской практике используется около 500–600. Многие гунъани являются повторением друг друга с несколько измененными именами героев. Большинство же классических школ Чань, например Линьцзи-цзун, использовали не более десятка основных историй для медитации и считали слишком большое количество гунъаней просто излишним для раскрытия сознания.
В ряде случаев собрание юйлу отличались друг от друга именно комментариями, в то время как сами изначальные высказывания — нянь гу были одними и теми же. Такие комментарии на гунъани обычно именовались «пин чан» — «обсуждение высказываний» или дословно «обсуждение выкриков», или «изи цзе» — «собрание ударов».
Существует и категория неких «фундаментальных» гунъаней — вопросов, которые повторялись из поколения в поколение многими наставниками и имели сотни «правильных ответов», например: «В чем смысл прихода Бодхидхармы с Запада?», «Что такое хлопок одной рукой?», «Где ты был до своего рождения?» или «Где ты был, когда тебя еще не было?» Гунъани такого типа выступают как метаформы или деноминаторы всего смысла Чань.
Количество собраний чаньских юйлу росло от эпохи к эпохе, увеличиваясь в основном за счет новых комментариев. Всего с эпохи Тан (V–VII вв.) до середины Цин (XV III в.) возникло более 300 таких собраний, некоторые из них насчитывали сотни томов, другие же вполне обходились одним «свитком»-цзюанем в десяток страниц. Ряд собраний ценился только в отдельных школах или вообще представлял собой «закрытую традицию», особенно в плане их мистической трактовки, другие же стали широко известными и шагнули за пределы Китая.

Большинство компендиумов именовалось «Записями о передаче светильника» — «Чуань-дэн лу». Нередко ошибочно считается, что речь идет об одном трактате или одном собрании, в действительности же это — собирательное название для целого типа компендиумов, ставших популярными в XI–XIII вв. Именно в этот период выстраивалась каноническая истории развития Чань, в «Записях о передаче светильника» составители пытались свести воедино и обнаружить связь между различными школами буддийского созерцания, которые изначально не были связаны между собой ни исторически, ни по методам практики. Именно здесь впервые обретает стройный вид концепция линии «Патриархов Чань», Первым из которых стал считаться Бодхидхарма, последним, Шестым патриархом, Хуэйнэн.
И хотя «Записи о передаче светильника» упоминали и других наставников созерцания, живших еще до Бодхидхармы, некоторые из которых приходили из Индии (например, Двадцать седьмой патриарх буддизма Гунабхадра), многие ранние чаньские наставники были как бы отброшены в сторону, дабы «спрямить» линию прямой «передачи светильника» истинной традиции.
Суть подобных собраний была не только в том, чтобы сохранить для последующих поколений яркость сознания древних мастеров, но показать, что Чань несет в себе древнейшую истину просветленного сознания, при этом не имея ни единых методов практики, ни форм поклонения, ни единой теории — все зависит от чистоты сердца мастера. Именно поэтому подобные собрания назывались также «Записи о светильнике» («Дэн лу»).
…Всего эти пять собраний насчитывали более 150 цзюаней, или «свитков», и представляли собой компендиум практически всего, что донесла до этого времени письменная и устная традиция о чаньских мастерах. В 1252 г. все пять собраний были сведены под единым названием «Изначальное собрание пяти светильников» («Удэн хуэйюань»).

В XIII веке появляется одна из самых известных коллекций гунъаней «Застава без врат» («Умэнь гуань»), составленная чаньским наставником Умэнь Хуэйкаем (1183–1260). Хуэйкай умело использовал в названии коллекции свое имя, поэтому название произведения можно перевести как «Застава без врат», так и «Застава наставника Умэня».
По преданию, сам комментатор этого сборника Умэнь получил просветление лишь после того, как шесть лет бился над гунъанем, ставшим затем известным под названием «Собака мастера Чжаочжоу», который дал ему наставник Юэлинь Шигуань:
Один монах спросил наставника Чжаочжоу:
— Обладает ли собака природой Будды?
— Обладает! — ответил Чжаочжоу.
— Так если она обладает природой Будды, почему же она еще ютится в этом кожаном мешке?
— Потому что она делает это осознанно.
В другой раз еще один монах спросил Чжаочжоу:
— Обладает ли собака природой Будды?
— Нет, — ответил Чжаочжоу.
— Но все живые существа обладают природой Будды, — сказал монах, — почему же собака не обладает ею?
— Потому что она уже заключена внутри ее сознания — кармы.
Гунъань этот действительно крайне сложен для понимания: на один и тот же вопрос даются, казалось бы, абсолютно противоположные ответы. Если учитывать, что вопрос «Обладает ли собака природой Будды?», вообще многократно повторялся и интерпретировался различными наставниками (в том числе и самим Буддой), то задача становится еще труднее, поскольку ответы даются всегда разные и при этом всегда — безошибочно точные. Ответ на данный вопрос заключен в самом понимании того, что нет вообще никакого различия между понятиями «внутренняя природа», «собака» (или любое другое существо») и «Будда». А поэтому приход к осознанию, что вопрос сводится к «обладанию самим собой», обессмысливает его и одновременно придает смысл концепции «Стать Буддой, взирая на собственную природу».
После просветления Умэнь написал короткое четверостишие, так передав свое состояние:
Это словно удар грома средь ясного неба:
Все мириады существ открывают глаза
И совершают поклон одновременно.
И даже гора Шумеру подскочила и пустилась в пляс!

Гунъани — это вызовы нашему спящему сознанию. Это не взгляды отдельного человека на сущность вещей. Они есть отпечатки сознания мастеров, которых мы, возможно, никогда лично не повстречаем, но по-прежнему способны воспринять послания от них.
Эти истории отнюдь не сложны, их понимание тяжело лишь для напряженно думающего сознания. Стоит просто успокоить его, взглянуть на мир непредвзято, вне теорий и сложных концепций, как внезапно окажется, что только кажущийся «парадокс» и «загадка» расставляют в этом мире все на свои места. Позволь лишь сознанию стремительно и непредвзято реагировать на наш мир, при этом будучи им не затронутым, — и тогда гунъань «попадает в цель»:
Наставник Чжаочжоу как-то посетил мастера Чжуюя. Стоило ему подняться в зал для медитаций, как Чжуюй внезапно крикнул:
— Посмотри-ка на стрелу!
— Смотрю на стрелу! — тотчас откликнулся Чжаочжоу.
— Она пролетела!
— Она попала в цель!

* * *
Уже само китайское название настоящего сборника представляет собой своеобразный гунъань — «Чань лай — си цюй», что дословно можно перевести как «Чань пришел — путы спали» или «Созерцание пришло — скованность ушла». Такое название объясняется тем, что каждая история состоит из двух частей: собственно гунъаня (что и обозначается как «приход Чань», или «приход созерцания») и небольшого комментария к нему («путы спали»), в ряде случаев действительно дающего нам пояснения наиболее сложных мест, а в других случаях — представляющих новую чаньскую загадку, над которой стоит поразмышлять. Такое построение текста по принципу «основной текст — комментарий» вполне традиционное для чаньской литературы: человеку кажется, что он вот-вот достигнет ответа на внутренний вопрос гунъаня, а комментарий внезапно разворачивает его к совсем иной грани реальности.

[b]Лучшие притчи дзэн: обычные истории о людях необычайных [/b]- [i]Маслов, Логинова[/i]
[quote]Как достичь просветления благодаря лишь одному слову? А благодаря молчанию? Для озарения мудростью не надо сложных методик - достаточно лишь успокоить свое сердце, очистить сознание и... оказаться рядом с достойным наставником. Именно в этом суть знаменитого восточного учения Дзэн (Чань). Книга представляет собой сборник лучших средневековых притч и рассказов о китайских мастерах Чань-буддизма, вошедших во многие классические произведения: "Застава без врат", "Записи о передаче светильника", "Речения с Лазурного утеса", "Престольная сутра Шестого патриарха". Издание также включает в себя рассказ об истории становления жанра чаньских речений "юйлу" и "парадоксальных диалогов" - коанов (гунъаней), о способах тренировки сознания дзэнских монахов.[/quote]
[quote]Уже само китайское название настоящего сборника представляет собой своеобразный гунъань - "Чань лай - си цюй", что дословно можно перевести как "Чань пришел - путы спали" или "Созерцание пришло - скованность ушла". Такое название объясняется тем, что каждая история состоит из двух частей: собственно гунъаня (что и обозначается как "приход Чань", или "приход созерцания") и небольшого комментария к нему ("путы спали"), в ряде случаев действительно дающего нам пояснения наиболее сложных мест, а в других случаях - представляющих новую чаньскую загадку, над которой стоит поразмышлять. Такое построение текста по принципу "основной текст - комментарий" вполне традиционное для чаньской литературы: человеку кажется, что он вот-вот достигнет ответа на внутренний вопрос гунъаня, а комментарий внезапно разворачивает его к совсем иной грани реальности. К ряду историй переводчиками составлены некоторые пояснения, дающие интерпретацию наиболее сложных понятий, связанных с буддийским учением.
В настоящий сборник вошли гунъани из нескольких произведений. В своей основной части он представляет собой набор историй из "Записей о передаче светильника, составленных в годах правления под девизом Цзиньдэ" ("Цзиньдэ чуаньдэн лу", XI в.). Часть юйлу пришла из следующих сборников: "Сутра помоста Шестого патриарха" (в разных редакциях V I–VIII вв.), "Речения чаньского наставника Мацзу из провинции Цзянси" ("Цзянси Мацзу Даои чаньши юйлу"), "Речения наставника Линьцзи" ("Линь-цзи лу", IX в.), "Речения с Лазурного утеса" ("Биянь лу", XII в.) и "Застава без врат" ("Умэнь гуань", XIII в.).[/quote]
[i]Вот это жизнь![/i]
[quote]Переводчик большей части текстов, включенных в этот сборник, Евгения Логинова [b](1990–2009)![/b], к сожалению, не успела увидеть выход этой книги в свет. Удивительно одаренный, упорный и мужественный человек, она много лет сначала самостоятельно, а потом под руководством педагогов изучала китайский язык и культуру, причем в самой сложной ее части - традицию философской классики. Несколько лет она работала над тем, чтобы подобрать наиболее точные и адекватные для западной публики толкования сложнейших китайских текстов, превратив их в увлекательное и поучительное чтение. Свет ее юной души - в ее переводах.[/quote]
Полностью - тут:
https://profilib.org/chtenie/138298/aleksey-maslov-luchshie-pritchi-dzen-obychnye-istorii-o-lyudyakh-neoby-chaynykh-7.php


[img]https://c.radikal.ru/c27/1904/f9/f72fb5c1c8d4.jpg[/img]

МАСЛОВ Алексей Александрович,
ЛОГИНОВА Евгения Сергеевна

"ЛУЧШИЕ ПРИТЧИ ДЗЭН: ОБЫЧНЫЕ ИСТОРИИ О ЛЮДЯХ НЕОБЫЧАЙНЫХ"
ЧАНЬСКИЕ РЕЧЕНИЯ: ПРОБУЖДАЮЩИЕ ГОЛОСА

Бодхидхарме приписываются и четыре основных постулата Чань: «Не опираться на письменные знаки», «Не передавать учение вовне», «Непосредственно взирать на свое сердце», «Прозревая свою изначальную природу, стать Буддой». Впрочем, нередко те же принципы приписываются и самому Будде, но, в целом, их происхождение для нас здесь не особенно важно — главное, что разные школы китайского буддизма, которые и стали постепенно обобщаться под названием «Чань», положили в основу своей практики принцип прямого, не опосредованного ничем (в том числе и чтением священных текстов) «прозрения своей чистой природы», «прозрения изначального сердца». Вся практика сводилась, по сути, к обнаружению своего изначального лика, существовавшего еще до того момента, когда повседневная жизнь и социальная среда замутили наше сознание. И в этом состоянии человек уже ничем не отличается от Будды — ни по своим изначальным, данным ему при рождении свойствам, ни по своей роли в этом мире. Итак, достаточно лишь очистить сознание. Но как?
Ведь всякий текст, пускай даже священный, может быть понят неправильно, комментарии на него, пускай составленные древним мудрецом, могут еще дальше увести нас в сторону или, того хуже, создать иллюзию того, что все прочитанное — и есть наши личные мысли.

Читая тексты, человек уподобляет себя их героям, имитирует их слова, поступки, то есть занимается не столько духовной практикой, сколько подражательством. Конечно, существует немало методов в буддийских школах для того, чтобы правильно истолковать текст, дать его относительно точное понимание. Но опасность запутаться в текстах по-прежнему велика, и единственным критерием истинности может выступать лишь чистое спокойное сознание самого человека. Да и нужны ли для этого священная сутра, долгая молитва или возжигание благовоний — ведь в чистом сердце изначально содержится все понимание мира. А поэтому «не стоит опираться на письмена», — говорят учения Чань. «Прямо взирай на собственное сердце!» — призывают они. Все остальное — лишь подпорки, побочные средства, которые могут как помочь, так и увести в сторону.
Надо остаться один на один со своим сердцем и через медитацию очистить его — тогда и всякое действие будет безошибочным. Проблема выбора в жизни отпадает сама собой, неразрешимые вопросы исчезают навсегда, они просто не поднимаются в твоем сознании.

[b]«Созерцая свое сердце, стать Буддой»[/b]

Чань, или Дзэн, казалось бы, самое известное восточное учение, о котором рассказано уже очень многое. И при этом Чань — молчаливый, неразговорчивый, далекий от рассуждений и интерпретаций. Он не требует размышлений или мучительных раздумий. Он лишь показывает нам, что надо прийти к той точке, где, как сказано в одной из историй: «Там, где умолкают звуки, открываются врата к познанию учения Чань». И все подобные истории — явные указатели на это место, где кончаются не только звуки и рассуждения, но вообще любые внешние проявления.
Об этой мудрости нельзя поведать напрямую, ее нельзя украсть или подслушать. Но о ней можно прокричать так оглушительно громко, что у других заложит уши, и они ничего не услышат. А разве не так и делается в гунъанях?
Методом воспитания и одновременно проверки являются эти короткие диалоги — гунъани, это причудливые истории — юйлу, в которых и твоя мудрость, и твое замутнение сознания проявляются сразу и самым очевидным образом. Если понимание текста сутры можно сымитировать, процитировав, например, чей-нибудь комментарий, то в коротких диалогах все происходит на личностном уровне.
Здесь имитировать нечего и невозможно, каждый случай уникален и отражает состояние сознания конкретного человека. И одновременно это — не частное мнение некоего наставника, это абсолютная метафора истинного понимания о мире, просто выраженная в форме, понятной ученикам.

Одним из первых произведений раннего жанра юйлу стала «Сутра помоста Шестого патриарха», рассказывающая о патриархе Чань Хуэйнэне (VII в.). В этом тексте сочетаются сразу несколько традиций, поскольку юйлу как жанр в тот момент только-только зарождался. Прежде всего, в «Сутру помоста» включено несколько несвязанных между собой по стилистике частей (догматические и весьма сложные проповеди, автобиографическое изложение жизни самого Хуэйнэна, его беседы с учениками). Если догматическая часть во многом тяготеет к классическим буддийским сутрам, где методично излагается буддийское учение с использованием того понятийного аппарата, который может быть понятен только посвященным, то беседы с учениками и гостями — это уже прообраз классических юйлу — ярких, образных и афористичных.
Постепенно догматические рассуждения уходили из записей бесед чаньских последователей о жизни их учителя: значительно больший интерес привлекало то, как такие наставники действовали и говорили, а не то, как пересказывали буддийскую традицию. Так зарождается уникальный духовно-философский жанр, которого до этого ни буддийская, ни какая иная восточноазиатская традиция не знала, — изложение внутренней сути учения не через поэтапное описание его постулатов (а именно таковым было собрание индийских буддийских текстов «Трипитака»), а исключительно через личный опыт мастера-наставника. Все учение, по сути, излагалось в коротких диалогах!

Возникновение жанра юйлу* именно в рамках чаньской традиции легко объяснимо. Именно с V I–VII вв. чаньские учителя объявляют несколько постулатов, вокруг которых строятся все их дальнейшие проповеди. Основная идея заключалась в том, что в сердце или душе человека уже изначально присутствует буддийская природа (фо син), то есть любой человек аналогичен Будде по всем своим свойствам. Поэтому задача заключается в том, чтобы «взирая на свое сердце, пробудить в себе Будду», а основные принципы гласили: «Непосредственно взирать на природу своего сердца» (чжэнь цзянь синь син), «стать Буддой через внезапное откровение» (дунь у чэн фо), «передавать учение от сердца к сердцу» (и синь чуань синь). А поэтому, как учил Хуэйнэн в «Сутре помоста», «если просветление требует лишь пробуждения сердца, то к чему искать сокровенное где-то вовне?
Лишь услышав об учении, занимайся духовной практикой, и тогда запад (то есть буддийский рай) окажется прямо перед тобой».
По сути, это означало, что весь огромный массив буддийских ранних текстов, прежде всего сутры и комментарии к ним (шастры), утрачивали первостепенное значение. Трактат терял свою сокровенную сущность, оказываясь лишь разводами туши на бумаге, а его место занимали деяния реального чаньского наставника, которые служили своеобразной матрицей поведения и настроя сознания учеников.
Конечно, сутры не отрицались вовсе, например и Хуэйнэн, и Мацзу, и Наньцюань высоко ценили «Алмазную сутру», «Сутру высшей мудрости» («Праджня-парамита-сутра»), но основное обучение проходило не через них, а через реальные поступки, через очищение сознания посредством медитации. Догматическое знание, связанное, в частности, с буддийской логикой и вероучением, становилось вторичным относительно самостоятельной практики созерцания. В некоторых школах такое отрицание классических текстов доходит до логического абсурда, например, наставник Линьцзи призывал к уничтожению сутр вовсе (хотя сам не уничтожил ни одной, и такой призыв был для него было скорее «фигурой речи»), а одно из традиционных изображений патриарха Хуэйнэна показывает его, рвущим в клочья сутры. На смену суховатым догматическим рассуждениям, отдаленным рассказам о неких индийских учителях, которые были не очень близки обычному китайскому последователю, приходят «свои» герои — чаньские мастера.

Постепенно изменяется и сам характер гунъаней — это уже не только характерные случаи из жизни чаньского сознания и тем более не просто забавные истории. Они превращаются в особого рода «темы для медитации», которые не требует никакого решения или ответа — это просто отправная точка для погружения в трансцендентальные области сознания. И как следствие гунъани превращаются в часть особого рода медитационной техники.
В юйлу* настоящее действие разворачивается как бы за пределами самого текста — этот принцип и лежит в основе всякого гунъаня. Поскольку Чань провозгласил, что «учение передается вне слов и письменных знаков», то может показаться, что он сам загнал себя в тупик из-за не только невозможности хоть как-то поведать о содержании этого учения, но и зафиксировать его в истории — ведь в этом случае составление текстов оказывается просто невозможным.
[i]*) «сборники речей»; сборники историй из жизни чаньских наставников, а также их бесед с учениками.[/i]

* * *
[u]Приложения[/u]
[b]Шен Янь.[/b] [b]Метод Бодхисаттвы Авалокитешвары полного проникновения через орган слуха[/b]
[i]Из бесед Мастера Шен Яня по Шурангама Сутре[/i]

[b]Беседа 1[/b]
      В разделе "Шурангама Сутры", который мы читали, Будда расспрашивал двадцать пять бодхисаттв о методах, которые они использовали, чтобы достичь Полного Проникновения. Теперь мы дошли до абзаца, в котором говорит Авалокитешвара:
       Потом Бодхисаттва Авалокитешвара поднялся с сиденья, простёрся головой к ногам Будды и произнёс: "Я ещё помню, как много эонов назад, бесчисленных, как песчинки в Ганге, в этом мире появился Будда по имени Авалокитешвара. Когда я был с ним, я развил Ум Бодхи, и, чтобы я вошёл в Самадхи, он дал мне указания практиковать медитацию с помощью органа слуха". 

      Будда Авалокитешвара научил его методу созерцания и практике использования органа слуха, с которыми он смог войти в Самадхи.      Самадхи, упомянутое здесь – то же самое, что просветление. Это то, что в чань называется "озарение ума и видение своей природы". У слова "самадхи" в буддийских сутрах есть несколько значений. Чаще всего оно относится к глубокой медитативной поглощённости, или сосредоточению. "Дхьяна" тоже обозначает это состояние. Такое самадхи может быть достигнуто практикующими. И хинаянские, и махаянские буддисты практикуют самадхи этой природы.
      В чём разница между этими самадхи? Махаянское самадхи достигается махаянскими бодхисаттвами. Существа в этом состоянии остаются в самадхи при повседневных делах. Рассказывают ли они о Дхарме, помогают чувствующим существам, медитируют, заключают ли сделки на бирже, или занимаются чем угодно ещё, Бодхисаттвы Махаяны остаются в самадхи.
      Чем это отличается от состояния ума обычного чувствующего существа? У бодхисаттвы нет привязанности или заботы о том, что он делает, или об итогах того, что он делает. У него нет омрачений, он не испытывает эмоций, таких как счастье, печаль, гнев, возбуждение, которые испытывают обычные чувствующие существа. Помощь чувствующим существам – его единственная забота, и он естественно делает всё, что необходимо, чтобы принести им мир и помочь продвигаться в Дхарме.
      Есть также два вида хинаянских архатов (практикующих Хинаяны, которые достигли состояния просветления). Один вид достигает архатства через самадхи, а другой достигает этого состояния без переживания самадхи. Как бодхисаттвы Махаяны, те, кто достигает архатства через самадхи, свободны от омрачений, и в медитации, и в повседневной жизни. Они свободны от привязанности к самости. Однако они отличаются от бодхисаттв тем, что у них нет устремления помогать чувствующим существам. Такие архаты склонны проводить своё время в медитации.
      Когда кто-то входит в мирское самадхи, у него, кажется, нет омрачений, нет эмоциональных колебаний или настроений. Но само-центрированность остаётся. Это очень отличается от самадхи архата, в котором вся само-центрированность была устранена. Практикующий в состоянии глубокого сосредоточения мирского самадхи может чувствовать, будто освободился от всех омрачений, но, когда он прекращает медитировать, сила его самадхи оседает, и он снова будет переживать омрачения. Чем он ответит в этом случае? Он может вернуться к медитации, чтобы избежать омрачений повседневной жизни. Такое поведение подобно поведению архата, но по другой причине. Архат возвращается в медитацию не потому, что он переживает омрачения – их нет – но только потому, что ему уже нечего больше делать.
      Медитативная поглощённость самадхи часто включает пребывание на какой-то идее, созерцание её. Сосредоточение достигается практикой созерцания. Слушание обычно не связывается с этим видом практики самадхи. Однако сутра не говорит о медитативной поглощённости – она относится к тому самадхи, которое и есть просветление.

      В сутре Авалокитешвара продолжает, говоря:
       Сначала, направлением органа слуха в поток медитации, и поток, и входящий делаются неподвижны. И движение, и покой стали ясно несуществующими. 
      Метод, которому Будда Авалокитешвара учил Бодхисаттву Авалокитешвару, таков: сначала просто слушать, переходить к созерцанию, а затем к практике. Вы начинаете со слышания или слушания звука, как слушаете обычно. Постепенно вы продвигаетесь к слушанию звука без звука, то есть звука тишины. Это случается, когда практикующий и звук больше не раздельны. Теперь звук не существует как таковой, но практикующий ещё продолжает слышать. (Я использую здесь "слышать" и "слушать" взаимозаменяемо.)
      Наконец, вашей физической и/или умственной энергии больше не хватает для поддержания этого состояния, и вы отходите от состояния нераздельности со звуком. Эта потеря энергии происходит и тогда, когда вы используете другие методы практики. Например, если вы используете метод счёта дыханий, и у вас хорошо получается, то вы достигнете состояния, в котором ваше я, ваше дыхание и счёт больше не отдельны. Но вы не можете оставаться в этом состоянии бесконечно. Постепенно ваша физическая и/или умственная энергия истощится, и вы выпадете из этого состояния. Тогда вам нужно использовать метод созерцания.
      Когда я говорю "созерцание", я не имею в виду, что вы используете свой рассудочный ум для думания об идеях. Созерцание значит развивать и поддерживать определённое мирное, тихое состояние ума. Не становиться разочарованным или нетерпеливым по поводу каких-либо итогов. Созерцание и слышание – на самом деле не раздельны. Вы слышите, используя постоянное, тихое состояние ума, которое и есть созерцание.

      Третья часть медитации посредством органа слуха – это практика, или взращивание. Она требует, чтобы во всех ситуациях, всё время, вы поддерживали слышание и созерцание.       Я сказал, что, когда вы медитируете посредством органа слуха, вы начинаете со слышания, потом достигаете состояния нераздельности с тем, что слышите, и наконец вашей энергии недостаточно для поддержания этого состояния, так что вы переходите к созерцанию. Я также сказал, что вам следует поддерживать эту практику постоянно. В действительности, слышание, созерцание и взращивание – одновременные события. Они не отдельны. Они могут идти последовательно поначалу, но, когда вы углубляетесь в практику, эти три действия происходят одновременно. Когда я обучаю медитации, то часто говорю о созерцании, озарении и "поднятии", имея в виду подъём метода снова, после того, как вы отвлеклись блуждающими мыслями. Созерцание, озарение и подъём – это всё части метода, и происходят последовательно. Но в медитации посредством органа слуха – слышание, созерцание и взращивание одновременны.
      Для тех из вас, кто практикует медитацию, вероятно, есть некоторый смысл в том, что я говорю. Если вы не практиковали медитацию, то возможно, вы чувствуете себя, как кто-то, никогда не евший говядины, баранины или свинины, и слушающий того, кто пытается описать различия в их вкусах. Никакое количество объяснений не может дать конкретного понимания разницы.

      Авалокитешвара сказал: "...чтобы я вошёл в Самадхи, он (Будда Авалокитешвара) дал мне указания практиковать медитацию с помощью органа слуха". Как я уже говорил, в данном случае Самадхи означает самадхи с мудростью, или просветление. Как Авалокитешвара вошёл в Самадхи? Через слушание, созерцание и взращивание. Через них он раскрыл мудрость. Вхождение в Самадхи и открытие мудрости – одновременны.
      Следующие строки слов Авалокитешвары предельно важны. Даже если вы не понимаете, по крайней мере вы их выслушаете:
       Сначала, направлением органа слуха в поток медитации, 
       этот орган был отделён от своего объекта; 
       а стиранием представления и о звуке, и о вхождении в поток, 
       и беспокойство, и покой стали ясно несуществующими. 

      Сначала вы слушаете обычным путём, своими ушами; но в конце концов ваши уши прекращают работать, и вы используете ум, чтобы слышать. Когда вы закрываете глаза, вы ещё можете видеть? Иногда мы говорим: "Я вижу, о чём вы говорите". Имеем ли мы в виду, что используем свои глаза или уши? И к тому же, когда мы слушаем чью-то речь, иногда мы осознаём несловесное сообщение. мы говорим "читать между строк". Вы читаете между строк ушами или умом?

      Давайте вернёмся к медитации посредством органа слуха. Когда вы занимаетесь медитацией с помощью органа звука, поначалу вы используете уши для слышания, но с определённого места ваш чувственный орган слуха прекращает действовать. Однако ваш ум продолжает слышать. Вы слышите безмолвный звук. Пожалуйста, не создавайте ошибочной идеи – не делайте вывод, что есть некий мистический звук, излучающийся изнутри вашего тела. Это внешний путь. Это не истинная практика Дхармы.
      Есть ли какой-то звук у этого безмолвного звука? В этом состоянии, можно сказать, вы поддерживаете непрерывность энергии. Когда эта энергия поддерживается без прерывания, мы можем сказать, что вы слышите.
      Вы слышали коан из японской дзенской традиции о звуке хлопка одной ладони? Один Мастер спросил: "Ты можешь услышать, как я хлопаю одной ладонью?", а другой Мастер ответил: "Да, я слышал". Первый Мастер спросил: "Как это звучало?", и второй сказал: "Это как гром, гремящий в моих ушах". Настоящий или ложный?
      Возможно, Мастера шутили, но звук мог быть настоящим. Если вы хлопаете умом, я могу услышать это своим умом.
      Кто-то злой может ударить что-то, например, стол. Если вы – объект его гнева, то вы можете почувствовать это как его удар прямо по вашему сердцу или уму, хотя физического контакта не было. Звук его удара по столу может быть почти болезненным. Вы испытывали такой вид слышания? Вероятнее всего, мы все переживали что-то подобное.
      Возвращаясь к этой практике: с некоторой точки, больше нет разделения между субъектом – тем, кто слышит, – и объектом – тем, что слышится. Однако слышание продолжается.
      Авалокитешвара сказал: "...направляя орган в поток медитации"... "Поток медитации" – это непрерывный поток безмолвного звука. Когда практикующий входит в непрерывный поток беззвучного звука, или звука без звука, он забыл о себе, он забыл, что он в потоке, и он забыл сам поток.
      Дальше Авалокитешвара сказал: "...и поток, и входящий в него становятся неподвижны. И движение, и покой становятся ясно несуществующими".Это значит, что и субъект, входящий в поток, и объект – поток, в который входят – становятся неподвижны. "Неподвижны" (покойны, quiescent) описывает состояние покоя, но у практикующего в этом состоянии нет восприятия или переживания покоя или движения.
      Это состояние, в котором нет восприятия покоя или движения, это махаянское Самадхи. Обычная, мирская разновидность самадхи – это тоже вид покоя. Но практикующий в махаянском Самадхи не движим окружающим или эмоциями. У него нет намерения держать свой ум в покое. Нет намеренности, и нет никакого движения.
      Состояние, в котором нет восприятия покоя или движения – дальше того состояния, которое только что описывалось в сутре как "...направлением органа слуха в поток медитации, и поток, и входящий становятся неподвижны". Это называется "вхождение в поток и забвение объекта", и это состояние самадхи, которое случается при медитации. Но когда "и движение, и неподвижность становятся ясно несуществующими", когда нет восприятия движения или покоя, это состояние остаётся всё время, и в медитации, и в повседневных делах.
      На этом уровне развития вы можете заниматься "чаньской практикой на оживлённых перекрёстках". Это значит, что нет ни покоя, ни движения в вашем уме, что бы вы ни делали. Вы можете ... но: "и беспокойство, и неподвижность становятся ясно несуществующими". Вы найдёте это особенно полезным. Помните, что вы можете практиковать чань всё время: на работе, дома, даже делая покупки!

[b]Глава VII. Физическая и духовная культура согласно китайской йоге[/b]

необходимо следовать методу, который заботится о теле и уме одновременно, и в этом отношении ничто не может превзойти технику, известную как "Микрокосмическая Орбита" (Сяо Чжоу Тянь). Этот древний метод состоит в энергезировании Жизненного Начала, которое до тех пор дремало, чтобы пустить его в телесные цепи тока – для гармонизирования тела с умом и объединения их друг с другом.
Мы предлагаем ниже текст о технике Сяо Чжоу Тянь, взятый из "И Фан Цзи Цзя", который содержит много даосских терминов, совершенно отличных от буддистских. В конце книги приведен словарь этих терминов.
Техника микрокосмической орбиты.Сначала остановите мыслительный процесс. Отрегулируйте тело и ум, Установите вдохи и выдохи и поместите кисть правой руки на левую, подтянув их тесно к животу ниже пупа (к Жизненному Центру). … Более быстрый способ выделения слюны: откатите язык назад, насколько возможно, и коснитесь им неба. Успокойте ум и считайте дыхания 360 раз. Когда рот будет полон Божественной Воды, повторите это несколько раз. Проделайте 4 действия, чтобы обеспечить свободный проход Жизненного Начала в канал Джен Мо через копчик и Средние Ворота в середине поясницы, а затем вдоль позвоночника, где Жизненное Начало движется быстрее. (4 действия: поджимание, касание, закрывание и вдох.
Поджимание ануса – для обеспечения свободного прохождения Праны через копчик; касание неба языком – для образования моста, соединяющего психические центры в голове с центрами в шее и груди; закрывание глаз – для контроля над умом и проталкивания Праны; вдох без выдоха – чтобы избежать рассеяния Жизненной Энергии).
Потом закройте глаза, поверните их вверх, вдохните медленно через нос, задержите дыхание, пока "Нефритовый Столб" (то есть затылок) не будет просверлен. И тогда Жизненное Начало окажется как бы насильственно протолкнутым силой зрения, поднимется по центральному каналу, окружит "пик Куньлун" (темя) и спустится к "сорочьему месту" (языку). Теперь проглотите треть слюны, которая должна следовать за Жизненным Началом вниз к "Блестящему Дворцу" (сердцу), перед тем, как вернуться к "Океану Праны" (низу живота). Подождите мгновение и повторите это упражнение 2-й и 3-й раз, чтобы создать всего 3 цепи тока. Это называется "Обратным Течением Небесного Потока".
Отдохните немного и потрите руками низ живота 180 раз. Когда отнимете руки, положите теплое покрывало на пуп и низ живота, чтобы не подставлять их холодному воздуху. Говорили древние: "Секрет Бессмертия в сохранении тепла в "Поле Эликсира" (низе живота). Затем потрите тыльные стороны больших пальцев друг о друга, пока они не станут горячими, и ими потрите глаза 14 раз, чтобы погасить "огонь" в сердце; потрите нос 36 раз для освежения легких, уши 14 раз, чтобы усилить селезенку.
Затем поднимите кисти над головой, соедините ладони вместе (объединив потоки Праны в обеих руках и образовав другую цепь тока вокруг тела), как если бы вы приветствовали Небеса. Сделайте все это 3 раза и медленно выдохните нечистый воздух, вдыхая затем чистый, 4 или 5 раз. Наконец, возьмитесь за плечи скрещенными руками, тряся их несколько раз, чтобы укрепить ваши нервы и кости. Закончите растиранием "Нефритовой Подушки" (затылка) 24 раза, поясницы и середины подошв по 180 раз.

Заменители ежедневных прогулок. .. недостаток физических упражнений стал серьезной проблемой. Я решил ее с помощью следующего даоского упражнения. Два или три раза в день, стоя на параллельных ступнях, раздвинутых примерно на 8 дюймов, я поворачивал живот и ягодицы влево и вправо, по сто раз в каждую сторону. Это простое упражнение, равноценное прогулке по улице.
Йога, укрепляющая внутренние органы.Чтобы избежать болезней, я практиковал 2 раза в день даосский "Секрет Шести Исцеляющих Звуков"
Стукните нижними зубами о верхние, водя языком внутри рта, пока он не наполнится слюной; пополощите его этой слюной несколько раз и затем проглотите ее всю тремя слышимыми глотками, представляя себе мысленно, как она достигает низа живота под пупом. Слегка сложите губы и молча сделайте звук "Хо", выдыхая через рог нечистый воздух из сердца, закройте рот и вдохните через ноздри свежий воздух, чтобы укрепить сердце. Ваш выдох должен быть коротким, а вдох – длинным. Сделайте это 6 раз. После этого, следуя тому же самому методу, произнесите 6 раз звук "Ху", чтобы укрепить селезенку; затем звук "Сзу", для укрепления легких; "Сю" – живота и "Чуй" – почек. Число 36 (6 звуков, повторенных по 6 раз каждый) представляет Микрокосмическую Орбиту в 360 градусов.
Этот метод применялся древними даосами для предотвращения или излечения болезней. Перед тем как начать эту практику, нужно ознакомиться с каждым звуком в отдельности и связать каждый из них с соответствующим органом, на который он имеет психическое влияние. Например, произнося звук "Хо", мы должны представлять, что он действительно влияет на сердце, нечистоты которого выбрасываются через рот, а само оно наполняется Жизненной Силой при вдыхании свежего воздуха через ноздри. При этом кажется, будто само сердце изгоняет нечистоты из себя и вдыхает энергию.

[b]Омоложение и бессмертие.[/b]

Омоложение является первой целью даосской тренировки, Бессмертие – ее конечная цель. …Такое здоровье происходит из совершенной гармонии Праны.
Однако Бессмертие, которого ищут все Даосы, также имеет, согласно Учению Будды, свой предел, ибо бессмертие и смертность – две крайности двойственности, не имеющей места в Абсолютном состоянии.
Вездесущность и всеведение.
Ум расширяется, когда он не взволнован мыслями и освобожден от уз. Когда медитирующий стирает 0,5 % своего невежества, он пробуждается наполовину Боддхи; это меньшее пробуждение (по-китайски – "У"; сатори – по-японски). Если адепт искореняет 5-7 %, он осуществляет большее "У" или Сатори. После достижения больших или меньших сатори может оставаться лишь 10-15 % невежества, которое искореняется одним ударом; это и есть окончательное Пробуждение, или финальное Просветление. Поэтому имеется до полного Пробуждения много меньших или больших сатори, и число этих последовательных Пробуждений зависит от степени понимания и осуществления Дхармы.
Когда Учитель Чань Сю Юн достиг большого сатори, его ум расширился и охватил все внутри и вне монастыря, далеко за его пределами: лодки, плывущие по реке и деревни по ее берегам. Через две ночи он стер все, что оставалось от его заблуждения и достиг окончательного Пробуждения, сказав: "Горы, реки и великая Земля есть лишь Татхагата". Он созерцал Всеобъемлющую Самоприроду (кит. – Цзянь Синь; яп. – кэншо или кэнсе). Этой стадии достиг и Хой Нэн, когда воскликнул: "Кто бы ожидал, что природа "Я" в своей основе чиста и ясна, вне рождения и смерти, полная в самой себе и неизменная и создает все вещи?" Это есть Вездесущее.
Один из даосских практикующих посредством успокоения ума также расширил его; он увидел и услышал тех, кто жили вблизи него или в отдаленных местах, но его достижение было ограничено, и он не мог видеть "другой берег". Если ум Просветленного Учителя всеобъемлющ, он созерцает и знает все. Это Всеведение. Хотя знание опытного даоса обширно и очень далеко простирается, оно не выходит за пределы 8-го сознания, ибо не может достичь Абсолютного; отсюда его ограниченность в сравнении со Всеведением, то есть Сарваджньей Будды.
[b]
Заключение[/b]

Мы описали различные методы медитации, практикуемые в Китае, где каждый имеет доступ к китайским текстам и может выбрать один из них по своему усмотрению. Верно, что техника Чань наилучшая, но изучающего нельзя заставить практиковать ее, если он предпочитает другой метод. Кроме того; учение Чань предназначено для зрелых людей, и лишь очень немногие могут дать начало сомнению (И Цин), без которого техника Хуа-тоу не принесет успеха.
Мы не должны забывать, что Карма играет важную роль в нашем решении практиковать Дхарму, и ее мешающее влияние прекращается лишь тогда, когда изучающий достиг настоящего прогресса в самосовершенствовании, и его спавшие до тех пор внутренние превосходные качества проявятся. Практикующий тогда будет видеть ясно, и ничто на Земле не сможет поколебать его решимости держаться подальше от иллюзий.
Техника Микрокосмической Орбиты, применявшаяся древними даосами, хороша для улучшения здоровья практикующего, который должен быть достаточно сильным, чтобы противостоять всем помехам и преодолевать их, осуществляя тишину ума.

Начинающие не должны быть честолюбивы в начале практики: надо начинать с коротких и регулярных медитаций. Инь Ши Цзы правильно предложил две короткие медитации утром и вечером по 20 минут каждая. Если выполнять их регулярно и без перерывов, результат будет очень хорошим, и когда ученик привыкнет сидеть и добьется настоящего прогресса, он может медитировать дольше.
Начинающим очень трудно предотвратить возникновение мыслей. Кроме изложенных выше методов, другим эффективным способом остановить мысли является сосредоточение на "Третьем Глазе" – точке между бровями. Но тем, кто страдает повышенным кровяным давлением, рекомендуется фиксировать ум на нижней части живота.
Опишем другой метод успокоения ума: сложить ладони вместе, как приветствуют на Востоке, соединяя психические центры в обеих кистях и образуя канал, по которому течет Жизненное Начало. Даосы помещают правую ладонь на левую поперек ее и охватывают одну ладонь другой, чтобы соединить психические каналы в обеих руках для успокоения ума.
Сказано, что когда ученик готов, появится Учитель, чтобы руководить им. Учитель непременно появится, если только ученик будет культивировать две великие буддийские добродетели – скромность и смирение, и даст обет практиковать Святое Учение для Самопросветления и Просветления других. Если он соблюдает наставления и не привязан к различению, то его внутренние превосходные качества проявятся. Проявится также и Внутренний Учитель, чтобы руководить им. Этот Учитель – его собственная Мудрость, освобожденная теперь от чувств и страстей, и никакой Учитель не будет более надежным, чем Праджня природы "Я". Поэтому все серьезные ученики раньше или позже откроют Глубокое Значение Святого Учения. Однако, если мы будем уповать на наши различающие умы, то останемся в Обители иллюзий. Вот почему Будда говорит, что мы являемся самыми достойными жалости среди всех живых существ.
Сказано, что Три Мира (желания, формы и вне-формы) созданы умом и все явления суть продукты сознания. Окружение человека обусловлено его различающим умом и улучшается или ухудшается согласно его хорошим или дурным мыслям.

… Практика состояла в визуализации Амитаюса Будды, сидящего на макушке головы, и на представлении в теле медитирующего голубой психической трубы, которая была красной внутри и простиралась от темени до промежности. Внутри этой трубы в низе живота ниже пупа была блестящая жемчужина, которая поднималась вверх по ней к сердцу (центру). Когда жемчужина в этом центре визуализировалась, я прокричал мантрический слог ХИК, понуждая идти вверх жемчужину, которая следовала звуку и проходила через Отверстие Брамы, чтобы достичь сердца Амитаюса. Затем я прошептал слог ГА, который заставил жемчужину опуститься из сердца Будды и вернуться через Отверстие Брамы в низ моего живота.
…. Во время 1-го заседания красный свет засиял из моего темени, и казалось, что я стал выше ростом. В ходе 4-го заседания я почувствовал, будто Отверстие Брамы просверлено остроконечным инструментом, и через него несколько раз поднималась жемчужина. Когда я лег спать, большой белый свет сиял из моей головы. На другой день я практиковал так же. Во время 2-го заседания мне показалось, будто череп распухал и трескался и мускулы разрывались в стороны. Во время 3-го заседания голова стала вытягиваться слой за слоем и трещать.
13-го в ходе 1-го заседания я почувствовал, будто мозг пронзен со всех сторон остроконечными инструментами. Сначала череп был очень толст, но непрерывное сверление сделало его тоньше. Во время 3-го заседания я внезапно почувствовал, что верхняя часть тела стала пустой, и большой свет сиял из моей головы.
14-го во время 1-го и 2-го заседаний блестящая жемчужина была послана вверх через прочищенный канал к ступням Будды на темени. Это отличалось от предыдущего переживания распухания и треска моей головы, когда канал через мой череп не был еще полностью пробит. Во время 4-го заседания шея будто раскололась, чтобы дать место колонне, которая шла прямо вниз к желудку и кишечнику. Это было действительным распуханием центрального канала, до этого представлявшегося только мысленно.
… Гуру подзывал нас одного за другим, чтобы проверить, открылось ли Отверстие Брамы, и посадить в нем стебель в подтверждение его открытия. Если имелось реальное отверстие, стебель входил в него, не прорывая кожу.
Я был среди первых 28 лиц, чьи макушки открылись в тот день.
24 мая во время медитации, когда я достиг тишины ума, грудь излучила свет, который постепенно распространился и окутал все тело, образуя блестящую сферу. Раньше светились только голова или грудь, но блестящее излучение не охватывало всего тела. При данном переживании полного блеска я все еще чувствовал присутствие "я".
26 мая. После достижения тишины ума спина на этот раз излучала свет, который вскоре поглотил все тело. Я испытал необычайное счастье, но чувствовал, что тело еще было там, поскольку я все еще не достиг абсолютной пустоты.
27 мая. После достижения тишины ума я испускал свет, который достиг большой высоты и казался достающим облаков на небе, сознание также расширилось с этим светом и затем постепенно вернулось к моему телу через Отверстие Брамы.
31 мая. После успокоения ума верхняя половина тела испустила свет, как и накануне. Я почувствовал в нижней части живота жар настолько интенсивный, будто там была кипящая вода; затем жар стал излучать свет, и нижняя половина тела стала пустой. Это состояние отличалось от предыдущих.
11 июня. Успокоил ум, и все тело засияло значительно ярче, чем раньше. Я почувствовал, как будто у меня нет головы и она замещена прозрачным блеском.
14 июня. Все тело сияло, и его верхняя и нижняя части были одинаково ярки.
17 июня. Вошел в состояние тишины; тело сияло, и я почувствовал, как свет озарил "Глаз" моего ума. Свет был с белым сиянием и поглощал все окружение, образуя большую сферу.
18 июня. В состоянии тишины все тело сияло, и свет стал значительно белее. Все вокруг было прозрачным блеском, подобным лучу прожектора, сияющего с 4-х сторон света, в то время как мое сознание странствовало в великой пустоте. Этот блеск затем уменьшился и вошел в низ живота; потом под строгим контролем ума он вошел в ноги и руки и наконец вернулся в мою голову.

Непроизвольные движения и их число не одинаковы для всех медитирующих и различаются согласно их конституции. в моем случае они были упорядочены и систематизированы, без малейшего нарушения порядка.
Совершенно неверно удерживать Жизненное Начало в низу живота или препятствовать его свободному течению в 8 психических каналах. Когда Жизненное Начало накоплено в животе, рекомендуется переместить сосредоточение на "Центральное Место", чтобы Жизненное Начало можно было вывести на Главную Орбиту. По этой причине мы рекомендовали сосредоточение на месте между пупом и желудочной впадиной.
Сказано, что когда Жизненное Начало течет свободно во всех психических каналах, оно пронизывает сначала костный мозг, затем нервную систему, плоть, внутренние органы и кожу, сублимируя тем самым все тело. Это, возможно, объясняет сохранение в течение веков тел Великих Учителей, а также и сохранение в пепле останков сожжённых тел Просветленных монахов.
Беспрепятственное течение Жизненного Начала в 8 психических каналах было известно всем даосам, первой целью которых было его осуществление и тренировка для достижения Бессмертия. Но величайшим препятствием для осуществления даосами Всеобщей Мудрости Будды было их нежелание сделать шаг вперед с "верхушки стофутового столба", – из состояния, при котором все еще существуют субъект, наслаждающийся блаженством, и объективное блаженство, от которого тот не может отказаться.

[u]Как накопить прану и пустить ее на орбиту?[/u]
Теперь мы знаем, что контролируемое дыхание производит Прану, которую можно накопить в низу живота или в солнечном сплетении. Когда запасено достаточное количество этого ценного Начала, оно порождает тепло, производящее вибрацию.
Согласно даосскому методу, практикующий должен перед каждой медитацией массировать поясницу и позвоночник вплоть до копчика, пока эта область не станет очень теплой, или же визуализировать в животе Жизненное Начало, опускающееся к промежности и прорывающееся через копчик, где расположены первые из Трех Психических Ворот. Двое других находятся между почками и затылком. Если тепло чувствуется и в основании позвоночника, это показывает, что Первые Ворота взяты приступом, и Жизненному Началу будет нетрудно подняться через Вторые Ворота и идти вдоль позвоночника к затылку, который очень трудно пройти. Если вы настойчивы в практике, Третьи Ворота также будут открыты, Прана поднимется до темени, и остальная часть цепи тока будет при этом дополнена.

[u]Несколько слов предупреждения.[/u]
Начинающим рекомендуется сидеть в медитации по 20-30 минут утром и вечером и продолжать так без перерывов, вместо попыток долгих медитаций в начале. Мы знаем по опыту, что начинающие склонны прекратить свою практику после нескольких длительных медитаций, и обычным предлогом выдвигается отсутствие времени или судороги в ногах. Легкие занятия по 20-30 минут в течение года без особых трудностей сможет выполнять любой начинающий, и такая практика будет вполне эффективной. Когда начинающий приобретет привычку к сидению и заметит достигнутые успехи, он сможет удлинить медитацию.
Практикующий в конце медитации может почувствовать тепло или даже стать мокрым от пота. Тогда нужно расслабиться и ждать, пока тепло рассеется.

Глава VI. [b]Подлинные опыты с буддийскими и таоистскими методами самореализации[/b]

      В главе IV упоминались 8 физических ощущений во время медитации по методике школы Тянь Тай, которые испытывает практикующий, когда его дремавшие внутренние превосходные качества проявляются после достижения тишины ума, а он все еще находится в Обители Желаний и не достиг стадий развития Бодхисаттв.
      В результате этой ментальной тишины Жизненное Начало, достаточно накопленное в низе живота, вырывается и течет по Микрокосмической Орбите, или по главному психическому каналу, и вызывает непроизвольные движения, как внутренние, так л внешние, производящие 8 физических ощущений: боль, зуд, холод, тепло, потерю и увеличение веса, шероховатость и гладкость.
      Кроме главного существуют вспомогательные токи, соединяющие различные психические центры в теле и движущиеся в согласии с главным током. Отсюда и возникают эти непроизвольные движения тела и конечностей и 8 сопровождающих их физических ощущений.
      Жизненное Начало представляет стихию огня. Когда его накопилось достаточно, оно ощущается медитирующим и входит в главную цепь тока, распространяя тепло во все части тела. Если удается достигнуть полной тишины ума, освободив его от внешних помех, то Прана будет ярко восприниматься. Эта яркость возрастает по интенсивности вместе с эффективностью медитации, становится Белым Светом, которого могут достичь лишь опытные практикующие, и он освещает все в темной комнате, как при полном дневном свете.
      Когда Жизненное Начало течет в основные и вспомогательные цепи токов, то оно сметает все препятствия на своем пути и медитирующий чувствует шероховатость, зуд, боль, которые иногда очень неприятны. Например, когда Жизненное Начало пробивает путь под кожу на макушке головы, медитирующий ощущает, будто кто-то вырывает его волосы. Шероховатость и зуд чувствуются, когда Жизненное Начало течет во вспомогательные токи в передней, задней, правой и левой сторонах головы, пронизывая закупоренные психические центры. Иногда, в результате сокращения и растяжения мышц и психических нервов тела, практикующий чувствует себя тяжелым, как свинец. Когда Прана течет свободно, без препятствий, чувствуется гладкость в теле и на коже.

      Если медитирующий достигает одноточечного сосредоточения или единичности ума, то испытывает чувство интенсивного холода, который опускается с его макушки, идет вниз по позвоночнику, распространяется всюду или же поднимается от копчика, идя вдоль позвоночника и проникая во все тело. Если этот холод опускается с макушки, то возникающие состояния Дхьяны являются временными, и их нельзя воспроизвести по своей воле. Когда холод поднимается от копчика, состояние Дхьяны устойчиво и может быть возобновлено по воле практикующего.
      Этот холод чувствуется перед тем, как медитирующий входит в "Святой Поток", в котором он чувствует себя полностью лишенным веса, как астронавт. Но существует разница: тело и ум практикующего совершенно исчезают и заменяются большой массой света, полной блаженства, свободной от всяких земных тревог и беспокойств, а астронавту приходится постоянно беспокоиться о своем благополучном приземлении. Медитирующий будет един со своим Светом, где его ум один выполняет функцию восприятия.

      Канал Джен Мо поднимается от промежности и идет вверх вдоль живота, через пуп, желудочную впадину, грудь, горло, верхнюю губу и оканчивается ниже глаза; он соединяет 27 психических центров. Канал Ду Мо поднимается от промежности и проходит через копчик по позвоночнику к макушке, затем опускается вдоль лба, носа и заканчивается в деснах; он соединяет 31 психический центр.
      Согласно древнекитайской медицинской науке, есть 8 психических каналов: Джен Мо, Ду Мо, Чун Мо, Дай Мо, Ян Чао, Инь Чао, Ян Вэй и Инь Вэй. Чун Мо, или "взрывающийся" канал, поднимается от промежности, проходит между Джен Мо и Ду Мо и заканчивается в груди; он соединяет 24 психических центра. Дай Мо начинается с обеих сторон пупа, образуя пояс, который окружает живот; он соединяет 8 психических центров.
      Ян Чао поднимается от центра ступней, поворачивается вокруг внешней стороны лодыжки и ноги, затем идет по границе спины и достигает плеча, поворачивает к шее, углу рта и внутреннему углу глаза, заканчиваясь позади мозга; он соединяет 22 психических центра. Инь Чао поднимается из центра ступней, поворачивает вокруг внутренней стороны лодыжки и ног, опоясывает живот и грудь, достигает плеча, поворачивает к горлу и заканчивается во внутреннем углу глаза; он соединяет 8 психических центров.
      Ян Вэй поднимается с внешней стороны ступни, примерно на полтора дюйма ниже лодыжек, идет вокруг внешней стороны ноги и, обогнув спину, входит в верхнюю часть руки и в ее середине поворачивает к плечу, шее, идет позади них, кончаясь во лбу; он соединяет 32 психических центра. Инь Вэй поднимается по внутренней стороне икры, примерно в 5 дюймах выше лодыжки, идет вдоль внутренней стороны бедра и, обогнув живот и половину груди, идет к горлу, поднимается вдоль лица и заканчивается перед макушкой; он соединяет 14 психических центров.

      Внутренняя вибрация каждый раз начиналась некоторым изменением в "Центральном Месте". Как-то раз вечером она началась в моих ушах. образовала прямую линию поперек лица, колеблясь несколько раз направо и обратно перед внезапным окончанием между бровями. В то же время другая вибрация – ото лба к подбородку – по вертикальной прямой образовывала крест вместе с горизонтальной вибрацией и пульсировала вверх и вниз несколько раз перед внезапной остановкой между бровями. Затем 3-я вибрация опускалась по кривой с макушки вдоль лица, груди к животу и пенису. Она пульсировала вверх и вниз, вызывая эрекцию. Это указывало, что два канала, Джен Мо и Чун Мо, соединились.
      Однажды ночью жар в "Центральном Месте" вибрировал так, что заставлял тело наклоняться вперед и назад, влево и вправо. Эти наклоны чередовались в одном и том же числе каждый раз, без малейшего нарушения порядка. Затем вибрация заставила мои руки вращаться назад и вперед быстро, подобно колесу, с одной и той же угловой скоростью в каждую сторону. Затем она достигла ног, так что левая нога сгибалась, пока правая выпрямлялась, и наоборот. Голова казалась распухшей, и верхняя часть тела так растянулась, что чудилось, будто я выше 10 футов ростом. Буддийские Писания называют это появлением большого тела. Вдруг, с такой же внезапностью, голова наклонилась вперед, и спина стала такой же широкой, как все пространство, а я как бы имел только нижнюю половину тела. С исчезновением тела и ума я испытал необычайное блаженство.

      На другой вечер вибрация в "Центральном Месте" вращалась вокруг позвоночника, груди, живота, под кожей, по каналу Джен Мо и, наконец, вокруг талии, – в каждом случае сначала налево, затем направо при нескольких десятках оборотов в каждом направлении. Заключительное вращение вокруг талии показывало, что канал Дай Мо чист. Затем вибрация по спирали от макушки спустилась по каналу Дай Мо вдоль позвоночника к копчику, вверх и вниз несколько десятков раз.
      Жизненное Начало, прорвав каналы Джен Мо и Дай Мо, поднималось от копчика через позвоночник к макушке и затем спускалось через лицо, горло, грудь и живот, но теперь оно вращалось в обратном направлении, видимо потому, что эти каналы были свободны, так что Жизненное Начало могло течь любым путем. Каналы Чун Мо и Дай Мо также были соединены. На другую ночь, выйдя из "Центрального Места", вибрация приняла под кожей форму двухдюймовой спирали, которая окружала тело 36 раз в каждом направлении. Затем она вращалась вокруг нижней части живота и середины груди. При этом вращения всегда совершались упорядочение и систематически. Вибрация поднималась потом к голове и спускалась, окружая позвоночник, к копчику, возвращаясь по позвоночнику к макушке, по два раза в каждом направлении.
      После этого вибрация поднималась вдоль нижней части живота сначала по левому, а затем по правому каналам Чун Мо к макушке и обратно, по 2 раза по каждому каналу; вибрация вращалась по двум каналам Джен Мо в голове, спускалась к низу живота и возвращалась к макушке. Иногда она вращалась вокруг головы слева направо и затем наоборот, останавливаясь на лбу. В другой раз – в левом и правом плечах с тем же числом оборотов в каждом направлении. Внезапно она достигала кончиков пальцев, которые делали быстрые непроизвольные движения. Наконец, вибрация спускалась толчком с макушки, пробегала по ногам и двигала пальцы ног и рук с одинаковой скоростью.

      Однажды вечером вибрация началась с середины спины и пошла по спирали под кожей, делая 36 кругов сначала налево, а затем направо, затем снова налево, но начинаясь от точки между правой и левой частями поясницы, и еще раз, но из точки между лопатками. Все эти токи происходили по определенному порядку и систематически. Сначала они двигались влево и вправо в трех цепях токов, начиная с "Центрального Места", середины живота и центра груди, но затем вибрация начиналась с середины спины, между половинками поясницы, между лопатками, то есть из трех точек, в точности расположенных позади передних трех.
      Эти непроизвольные круговые движения были поистине чудесными и непостижимыми. Когда вибрация достигала кончиков пальцев рук и ног, пальцы вытягивались и двигались, ноги попеременно сгибались и выпрямлялись, а верхняя и нижняя челюсти стучали друг о друга, причем все эти движения совершались быстро. Когда вибрация достигала носа и глаз, внезапно ноздри сокращались и расширялись, а веки открывались и закрывались автоматически, наружные оболочки двигались синхронно с веками. Наконец, вибрация заставляла ушные мочки слабо двигаться. Все эти движения влево и вправо были естественными, с одним и тем же числом оборотов в каждом направлении.

      Я практиковал Чжи Гуань свыше 10 лет, сосредоточиваясь на низе живота. Однажды я сменил это на сосредоточение над "центральным местом" (между пупом и желудочной впадиной), и через некоторое время заметил глубокое изменение в моем теле, результатом которого явился свободный поток Праны через оставшиеся 6 психических каналов, которые опишу ниже.
      Так как я теперь фиксировал внимание на "Центральном Месте", то однажды, в конце полуночной медитации, я внезапно почувствовал вибрацию в груди, и слюна свободно потекла. Это хороший признак. Затем вибрация стала интенсивней и устремилась к точке между бровей, где я увидел красный блеск. Жар пробился вверх и достиг макушки, которую окружал долгое время. Точно электрический удар пульсировал вокруг моего тела; он достиг моих кистей и ступней, пронизав конечности. Пульсация продолжалась минуту и затем завершилась между бровями.
      После этого я каждый вечер испытывал ту же самую вибрацию. Казалось, что имеется какой-то механизм, который вращается вокруг "Центрального Места" и поднимается, пока не достигает макушки, вокруг которой он продолжает вращаться. Вибрация, становясь интенсивной, внезапно прерывалась между бровями. Тогда "Центральное Место" снова вибрировало, и будто происходил электрический разряд, который пульсировал по наклонному овалу от левого плеча к левой ноге так сильно, что сотрясал мою кровать и москитную сетку, и опять, став более интенсивной, резко обрывалась. Затем я чувствовал другую вибрацию позади мозга, спускающуюся вдоль позвоночника и останавливающуюся в копчике. После этого подобие электрического удара опускалось с моего правого плеча к правой ноге, пульсируя по наклонному овалу. Эти две наклонные овальные цепи тока по левому и правому бокам тела показывали, что четыре психических канала – Инь Чао, Ян Чао, Инь Вэй и Ян Вэй – соединились. Таким образом. в первый раз я понял взаимоотношение между 8 психическими каналами и нервной системой и осознал, что во всем этом не было ничего фальшивого или непостижимого.

      Как-то раз ночью вибрация в "Центральном Месте" вызвала другую серию систематических токов – 36 раз влево и столько же раз вправо, сначала из точки между половинами поясницы вдоль канала Дай Мо по поясу, из середины груди и, наконец, из середины живота. Эти вибрации следовали друг за другом регулярно. Затем вибрация описывала два больших овала, идя вверх и вниз слева и справа от груди, и другую пару овалов, идя вверх к голове и спускаясь сначала влево, а затем вправо от спины. Каждая пара овалов возникала несколько раз.
      Далее вибрация двигалась к конечностям, так что мои руки быстро описывали круги влево и вправо, причем ноги одновременно сгибались и вытягивались, а пальцы ноги и затем пятка ударяли пальцы другой ноги и ее пятку. Внезапно мои колени начали раскачиваться в стороны и друг к другу, заставляя ягодицы подниматься над полом, раскачиваться влево и вправо. Это случалось 3 раза, в то время как мои челюсти, губы, нос и глаза двигались намного быстрее, чем раньше.

      На другой вечер вибрации в "Центральном Месте" описывали большие витки спирали вокруг тела 60 раз влево и затем вправо, потом аналогичные витки вокруг груди и живота. Внезапно каждая из этих 3 цепей тока расширялась 6 раз подряд, и все внутри них каждый раз становилось пустым на 5-6 минут. Вибрация затем поднималась от "Центрального Места" к голове и образовывала 4 наклонных овала по очереди, по которым циркулировала 36 раз попеременно от макушки к левой и правой сторонам ягодиц и обратно, через затылок и вдоль позвоночника к копчику и к левой ноге и обратно и, наконец, к правой ноге и обратно.
      В другой раз, когда вибрация двинулась вниз по лицу, плечи и руки подвернулись; ноги согнулись и выпрямились, раздвинулись и сдвинулись, и затем, когда ступни были на полу, а колени согнуты, спина изогнулась так, что плечи коснулись пола. Ягодицы и талия качались влево и вправо, а все тело тряслось; затем оно упало на пол. Подошвы терлись друг о друга, и каждая массировала другую ногу одно и то же число раз. Когда вибрация достигла плеч, кисти начали массировать друг друга, голову, шею, плечи и руки, низ живота до плеч, потом все тело вниз до пальцев ног. Наконец, мои кулаки сжались и по очереди похлопывали, мяли и терли меня повсюду. Все это происходило систематически и упорядочение, непроизвольно и совершенно удивительно. Так продолжалось около 6 месяцев, после чего движения постепенно прекратились. Это происходило, вероятно, из-за того, что все психические каналы открывались и прочищались.

[b]В. Мой личный опыт. Мое детство.[/b]

       [i]Трудности в начале медитации[/i].
Так как я горел нетерпением выздороветь, то очень усердно практиковал. Каждый раз, когда я садился в медитацию, все виды мыслей возникали в уме, и чем больше я стремился остановить их, тем многочисленнее они становились. Я тогда пытался регулировать дыхание, но вскоре почувствовал, что это стало трудно, будто имелось какое-то препятствие в моей груди. Тем не менее я верил, что медитация имеет большую ценность, и решил практиковать ее неуклонно.
      В результате я очень устал и был на грани прекращения медитации. Но некоторые из моих соседей были пожилыми людьми, знавшими искусство медитации, и узнав о моих затруднениях, сказали: "Ты не прав. Твоя практика должна быть естественной, и ходишь ли ты, стоишь, сидишь или лежишь, должен естественно относиться к ней. Бесполезно просто сидеть, как чурбан".
      Эти слова разбудили меня и с тех пор, каждый раз садясь в медитацию, я принимал естественную позу. Чувствуя некоторое неудобство, я медленно вставал с сидения и ходил по комнате, и снова садился, когда мои ум и тело успокаивались. Через 3 месяца все мои трудности постепенно исчезли и заменились лучшими ментальными состояниями.

       [i]Первая вибрация. [/i]
Каждый раз, садясь в медитацию, я чувствовал горячую вибрацию в животе ниже пупа. Я был удивлен этим необычным ощущением. Вечером нижняя часть живота внезапно начала вибрировать, и хотя я сидел как обычно, я едва мог удерживать равновесие, ибо все тело сильно дрожало. Я чувствовал, как горячая энергия продвигалась через копчик и поднималась по позвоночнику, пока не достигала верхушки головы. Это началось примерно через 85 дней после моего первого опыта и продолжалось 6 дней, затем вибрация постепенно прекратилась. Я был ошеломлен.
      После этого каждый раз, сидя в медитации, я чувствовал, как тепло поднимается до верхушки головы по тому же пути, что и без вибрации. В то же время я полностью освободился от старых заболеваний.
       [i]Вторая и третья вибрации.[/i]
Я мог тогда сидеть в течение трех часов в напряжении, во время которого мое тело и ум казались замененными большой пустотой, свободной даже от пятнышка праха и в которой я даже не чувствовал своего присутствия; в результате я испытал огромное блаженство.
      На следующий год в ходе утренней медитации я почувствовал жар, снова вибрирующий в низе живота, правда, вместо прорыва через копчик, жар прорвался через "Верхние Ворота" в тыльной части головы. Это продолжалось 3 дня, вызывая боль в моей макушке. Внезапно моя макушка, казалось, раскололась, причем жар пробивал себе путь вокруг этого места. С тех пор при каждой медитации я переживал то же самое, но вибрация полностью прекратилась. Это было переживание второй вибрации.
      ...я опять почувствовал вибрацию в нижней части живота. Жар после прохождения вокруг макушки пошел вниз вдоль лица и груди, чтобы вернуться к месту ниже пупа. Затем вибрация прекратилась. Начались переживания 3-й вибрации. Каждый раз после этого во время медитации жар подымался по позвоночнику до макушки и затем опускался, проходя по лицу и груди, чтобы вернуться к месту ниже пупа перед повторным обходом.
      В результате этого все мои прежние заболевания исчезли навсегда. Я не чувствовал усталости.

       [i]О двадцатилетнем опыте.[/i]
Когда я начал медитацию в возрасте 17 лет, я не очень верил в ее эффективность и практиковал только потому, что был очень встревожен болезнями. Когда я читал даоские книги, то нашел, что они были полны мистическими терминами, которые были вне моего понимания. Поэтому я не придавал большой важности медитации, которую практиковал только временами. Когда мне было 28, она стала моим регулярным упражнением.
      Будучи практическим человеком, я считал медитацию практикой для искоренения болезней и сохранения Жизненной Силы. Я не обращал особого внимания на древний метод укрепления Поля Бессмертия (Дань Тянь в нижней части живота, ниже пупа) и не верил в так называемые "свободные проходы через Трое Ворот". Но когда я трижды испытал телесные вибрации, то понял, что Дао неисчерпаемо и что существуют многие вещи, которые наш ограниченный ум никогда не сможет постичь. Я пришел к выводу, что древние Учения никогда не следует отбрасывать полностью.
      я 11 лет практиковал медитацию регулярно 2 раза в день. Чтения книг по философии, психологии, физиологии пролили свет на практику медитации. Я понял, что главной целью медитации является использование силы ума для руководства телом для обеспечения беспрепятственной циркуляции крови.
      Каждое утро я шел гулять – смотреть на восходящее солнце, дышать свежим воздухом и поглощать энергию; солнечный свет уничтожает бактерии и очень эффективен при лечении болезней. По соседству со мной жили пожилые люди, практиковавшие медитацию, сильные и здоровые, несмотря на их возраст.
      Даосские записи ясно показывают, что все "Бессмертные" начинали свою тренировку медитацией и затем достигали духовной метаморфозы. Поэтому искусство медитации является первым шагом в тренировке.

       [i]Тайна забвения.[/i]
Когда я начал практику медитации, то искал быстрых результатов, и мое расписание было поэтому сложным. Но я прошу читателей не копировать его, а заниматься 2 раза в день, утром и вечером, чтобы избежать лишних беспокойств. Однако достижение естественного характера медитаций – самая важная вещь, и обратимся к ней еще раз.
      Для этой цели ничто не может превзойти тайны слова "забвение". Например, если медитация имеет целью излечить болезнь, то практикующий должен забыть все мысли относительно ее излечения; то же относится и к медитации, которая практикуется для улучшения здоровья, потому что когда ум и предметы забыты, то все будет пустым, и результат, достигнутый таким образом, будет адекватным, поскольку эффективность медитации лежит в постепенном преобразовании тела и ума. Если же мы привязаны к мыслям об излечении и улучшении здоровья, ум возбуждается и нельзя ожидать какого-либо результата. Я допустил эту оплошность в начале практики, поэтому предостерегаю читателей.

      [i] Избегание нетерпения получить быстрые результаты[/i]
.... Неудачи произошли из-за нетерпения получить быстрый результат. Они не видели, что успех был вызван моей настойчивостью, а не нетерпением. Многие ученики были совершенно серьезны, начиная медитацию, но внезапно бросали ее, когда не находили такой эффективной, как ожидали.
      Одним словом, нетерпение приносит лишь отрицательные результаты. Медитация используется для совершенствования и питания тела и ума. Это питание подобно тому, которое доставляется пищей. Например, каждый знает, что пища питает тело, но если он хочет получить быстрые результаты и ест больше, чем может переварить. то перестанет ли он совершенно есть после этого? Эта практика подобна долгому путешествию пешком: путешественник, идя шаг за шагом, наконец достигает своего места назначения.

      [i] Вибрация не имеет никакого отношения к эффективности медитации.[/i]
      Из-за различий в телесной конституции существуют люди, которые начинают ощущать вибрации только через несколько месяцев после начала практики медитаций; есть и такие, которые не чувствуют их даже через несколько лет, хотя их тела и умы успешно преобразовались. Мы знаем, что вибрации никак не связаны с эффективностью медитации.
   
      ВОПРОС: Следует ли закрывать глаза во время медитации?
      О.: Следует, чтобы обеспечить тишину ума. Если чувствуется усталость после тяжелого трудового дня, то нужно немного подержать глаза открытыми, чтобы не впасть в дремоту. Но рекомендуется закрывать глаза и направлять их внутрь, чтобы посмотреть во внутреннее "Я".
      В.: Как избавиться от мыслей, мешающих во время медитации?
      О.: Считайте дыхания для контроля мыслительного процесса.
      В.: Нужно ли концентрироваться на нижней части живота?
      О.: Вначале трудно производить это сосредоточение; ум нужно приводить вниз постепенно, пока он не достигнет низа живота.
      В.: Что за понижение желудочной впадины? Как это выглядит?
      О.: Если сосредоточитесь на низе живота, то грудь будет пустой и релаксированной; это показывает, что желудочная впадина опущена. Если смотреть снаружи, то область непосредственно ниже груди будет впалой, тогда как живот выпуклым.
      В.: В начале практики медитации мои мысли были очень многочисленны, но через несколько месяцев наступил некоторый прогресс, и иногда я был совершенно свободен от мыслей в течение целой минуты: я чувствовал, будто вошел в великую пустоту. Но теперь не могу контролировать себя, и меня осаждают мысли; я не чувствую себя спокойно и нахожусь почти на грани прекращения моей практики. Что я должен делать?
      О.: Если в ходе медитации вы можете освободиться от мыслей на целую минуту, то это очень хороший признак и нужно стремиться сохранить это состояние. Если вы будете настойчивы в практике, то сможете освободиться от мыслей вообще. Наилучший способ – повернуть внутрь медитацию, чтобы созерцать источник ваших мыслей, и когда осознаете, что нет фиксированного места, где они возникают, почувствуете отсутствие мыслей.
      В.: Во время медитации внутренний жар иногда поднимается и опускается. Что это означает? "
      О.: Это очень хороший признак, указывающий на свободную циркуляцию Жизненного Начала.
      В.: При медитации сосредоточение должно выполняться на низе живота; а можно ли на подошвах ступней?
      О.: Сидите вы в медитации или нет, ваше сосредоточение должно быть направлено на низ живота.
      В.: Каждый раз, сидя в медитации, чувствую себя очень нетерпеливым и чем больше стараюсь подавить нетерпение, тем более невыносимым оно становится. Что нужно делать?
      О .:He пытайтесь подавить его. Надо отложить в сторону все, представляя, что ваше тело мертво; это равносильно тому, чтобы убить его, дабы воскресить снова.
      В.: По даоским книгам метод обращения внутрь созерцания означает не насильственное прекращение мыслей, а смотрение в их возникновение и исчезновение – устранить их, вернуть мысль к себе, вначале первую, затем вторую и т. д.; что означает "возвращение"?
      О.: Все ложные мысли являются лишь привязанностями ума, которые следуют друг за другом бесконечно. Когда созерцание повернуто внутрь, чтобы смотреть в их возникновение и падение, цель – изолировать эти мысли, обрезая их звенья и связи. Тогда 1-я мысль не может учить 2-ю, а это и есть ''возвращение" 1-й мысли к самой себе, не позволяя ей соединяться со 2-й. Это возможно, если только смотреть в возникновение каждой мысли.
      В.: Если что-нибудь, не имеющее реальной ценности, входит в мой ум, я не могу освободиться от него. Почему?
      О.: Потому что вы привязываетесь к нему. Если вы посмотрите в нереальность вашего тела, которое является соединением иллюзорных элементов, то осознаете, что нет такой вещи, которая достойна вашей привязанности. Поэтому нужно отложить в сторону все и успокоить ум.
      В.: Во время медитации, хотя я практикую метод счета, ум все еще блуждает снаружи; должен ли я оставить его там?
      О.: Если ум блуждает, несмотря на практику счета, надо каждый раз приводить блуждающий ум обратно под контроль, чтобы заморозить его. Продолжайте и отучите его блуждать.
      В.: Вы советуете посредством визуализации вести дыхание от кончика носа к низу живота. Это то же самое, что и сосредоточение на низе живота?
      О.: Мой совет дан для начинающих, которые не в состоянии направить свое дыхание к низу живота в начале их практики. Если можете сосредоточиваться там, тем лучше.
   Когда медитация станет эффективнее и Жизненное Начало будет течь свободно, вибрации прекратятся.
      В.: Каждый вечер перед сном я практикую счет дыхания, я после 15 дыхание регулируется, и я испытываю очень приятное состояние, не поддающееся описанию, хотя ничего особенного не происходит в моем животе. Что это означает?
      О.: Вы будете испытывать позже и лучшие ощущения.
      В....
      О.: Это очень хороший результат вашего сосредоточения на одной точке. Вам не следует тревожиться; предоставьте Жизненное Начало самому себе, пусть оно поднимается вверх по позвоночнику, но не напрягайтесь.
      В.: ...
      О.: Появление внутреннего жара и яркого света – хорошие признаки того, что Жизненное Начало проходит через два психических канала в теле. Когда сосредоточение на определенной части тела эффективно, возникают внутренний жар и вибрация. Этот жар ярок, и его легко почувствовать, когда он проходит через ваше лицо. Но надо не привязываться к этому, а принимать безразличное и естественное положение. Самое важное – продолжать сосредоточение на нижней части живота.
      В.: ...
      О.: Когда ваша медитация эффективна и Жизненное Начало течет свободно в ваших психических каналах, не имеет значения, правильна поза или нет.
      В.: Что вы понимаете под управлением единственной мыслью для преодоления многочисленных мыслей?
      О.: Когда вы сосредоточиваетесь на единственной мысли, не ослабляя ее захвата, то рано или поздно добьетесь прекращения всех мыслей.
      В.: Что вы понимаете под обращением к созерцанию и возвращением каждой мысли к самой себе?
      О.: Под обращением к созерцанию понимается закрывание ваших глаз для смотрения в глубь самого себя; это может остановить ложные мысли и отделить их друг от друга. Это и является возвращением мысли к своему началу, так что она не может быть соединена со следующей мыслью. Но фактически нет никакого реального возвращения к чему-либо.

Глава V. [b]Самосовершенствование в Таоистской школе[/b]
 
      Глубокое значение первого параграфа "Дао Дэ Цзин" в следующем: "Вечное Дао невыразимо, и так как оно не имеет ни формы, ни очертания, то его нельзя назвать каким-либо именем. Если будет произвольно дано имя Вечному Дао, то оно будет ложным, ибо Вечность не описуема. Это субстанция нематериального Дао. Хотя это Вечное Дао нематериально, но Небо и Земля, то есть материальная Вселенная, возникают из него посредством преобразования, с созданием всех явлений с различными именами. Это функция нематериального Дао".
      Итак, Лао Цзы имеет дело и с Субстанцией, и с Функцией Вечного Дао. Затем он описывает практический метод для реализации этого Дао, говоря: "На практике я всегда смотрел в нематериальный аспект Дао, чтобы созерцать его границы или проявления. Другими словами, я смотрел и в Субстанцию, и в Функцию Вечного Дао. Поскольку нематериальная Субстанция Дао создает все явления, которые нематериальны и могут быть названы именами, то они содержатся в его Субстанции". Следовательно, тот, кто смотрит в их активности, может проследить их до источника, то есть до Субстанции. Поэтому Дао охватывает все и пребывает повсюду. Вследствие этого Чжуан Цзы говорит: "Дао есть в траве; оно есть в испражнениях и моче". Если созерцание выполняется таким образом, то будет воспринято чудесное Дао.
      Лао Цзы сознает, что его Учение может привязать практикующего к двум крайностям – материальному и нематериальному – и предупреждает: "И нематериальное и материальное являются одним и тем же". Под этим он подразумевает: "Когда я смотрю в нематериальное, я не созерцаю только его невоспринимаемую Субстанцию, но также и все явления, созданные им и содержащиеся в нем. Когда я смотрю в материальное, я не созерцаю только воспринимаемые формы, но также нематериальное, из которого все явления возникают".
      Другими словами, это – одновременное созерцание нематериального и материального, имеющие одну Субстанцию.

Понимая также, что практикующие могут спросить, почему имена изобретены, если нематериальное и материальное являются одним и тем же, он объясняет, что явления, возникающие из Дао, имеют различные формы и поэтому названы различными именами, чтобы различать их. Можно думать, что реально существуют нематериальное и материальное, которые показывают существование относительностей и противоположностей, но никогда не может быть единства и тождественности; если так, то как Дао может быть столь чудесным? Он объясняет: когда Небо, Земля и все вещи созерцаются как возникающие из одного и того же, лежащего в основе Дао, то их тождественность поистине чудесна. И чтобы стереть привязанность к идее чудесного, говорит он: "Более, чем чудесно". Когда все привязанности искоренены, чудесное Дао есть лишь "Дверь ко всем чудесам".

      Если мы понимаем первый параграф "Дао Дэ Цзина", то без труда поймем цель глубокого Учения Дао в остальной части этого трактата.
"Лао Цзы учит нематериальному самосуществующему Дао, которое Шурангама Сутра описывает как недифференцированное, то есть не имеющее ни формы, ни пустоты, или как Субстанцию 8-го сознания (Алайя-Виджняны). Это неразличающее сознание очень тонко, чудесно и непостижимо, и может быть созерцаемо лишь Буддой, который преобразует его в Великое Зеркало Мудрости...
Изучающий труды Лао Цзы и Чжуан Цзы должен сначала понять Шурангама Сутру, в которой Просветленный сломил все мирские привязанности, и затем практиковать правильно Истинную Дхьяну, прежде чем прояснится Великое Достижение Лао Цзы".
      "Значение "Дао Дэ Цзин" может быть охвачено только после того, как практикующий имел его личное переживание... Когда я писал комментарии к Сутре, я сосредоточивал свой ум, чтобы видеть в нем и быть в согласии с Умом Будды. При этом ключ к правильному значению немедленно появлялся, и я записывал его на бумагу. Если был включен мыслительный процесс, то он не служил цели".
     
Приходится сожалеть, что даже сегодня некоторые люди придерживаются ложного взгляда, будто Даосизм – еретическое учение и его нужно полностью отбросить при изучении Дхармы Будды. Они забывают, что в практике Дхармы нужно сначала осуществить 8-е сознание, чтобы преобразовать его в Великое Зеркало Мудрости. Алайя-Виджняна является поэтому обязательной стадией, через которую должны пройти адепты, чтобы осуществить Полное Просветление. Вопрос лишь в том, останутся ли они в этом состоянии и будут рассматривать его как конечное достижение, или будут стремиться вперед, чтобы достигнуть Боддхи.
      Мы приводим ниже метод даоской медитации, который практиковал Инь Щи Цзы.

[b]Таоистская медитация. [/b]Из "Метода медитации" Инь Ши Цзы (Цзин Цзо Фа).

      I. [u]Практическая методика.[/u]
      Есть два важных пункта в практике даоской медитации: регулирование положения тела и регулирование дыхания.
А. Регулирование положения тела.
      I. До и после медитации.
          1.2. Подушка для медитации должна быть мягкой и толстой, удобной для долгого сидения.
          1.4. Тело должно быть выпрямлено, а позвоночник – занимать вертикальное положение.
      1.5. После медитации глаза нужно открывать медленно, а конечности – расслабить.
      3. Грудь, ягодицы и живот.
      3.1. Грудь должна быть наклонена слегка вперед, чтобы понизить желудочную впадину, релаксируя этим диафрагму. Обычно, когда центр тяжести тела неустойчив, Жизненное Начало поднимается к желудочной впадине, которую начинающие ощущают блокированной и испытывающей неудобства. Это показывает, что желудочная впадина не была приведена в нижнее положение. Тогда нужно сосредоточить ум на низе живота, чтобы релаксировать диафрагму. Со временем желудочная впадина будет понижаться автоматически, без каких-либо особых усилий, что обеспечит устойчивость центра тяжести.
      3.2. Ягодицы нужно слегка отодвинуть назад, чтобы выпрямить позвоночник, который обычно изогнут, как лук, выгибаясь в области ягодиц; его правильное положение следует поддерживать в течение всей медитации, но силу при этом никогда не следует использовать.
      3.3. Низ живота должен быть устойчивым, чтобы стабилизировать центр тяжести тела. Это достигается сосредоточением на низе живота, но без применения силы. Чтобы получить желаемый результат, нужно изгнать все мысли из ума и затем фиксировать его на точке, примерно на один и три четверти дюйма ниже пупа; тогда центр тяжести опустится без внешних воздействий.
      4. Кисти рук.
      4.1. Кисти рук должны быть положены одна на другую, близ нижней части живота.
      4.2. Кисть сверху должна держаться слегка кистью, лежащей снизу, со скрещенными пальцами.
      4.3. Либо левая кисть держит правую, либо наоборот, как удобно медитирующему.
      4.4 Кисти могут быть положены на нижнюю часть живота или на ноги, как удобно медитирующему.
      4.5. Следует избегать напряжения, чтобы кисти и концы пальцев были расслаблены и лежали удобно.

       5.Лицо, уши, глаза, рот и дыхание.
      5.1. Голова и шея должны быть расположены прямо и обращены вперед.
      5.2. Уши должны оставаться свободными, без слышания голосов и звуков.
      5.3. Глаза должны быть слегка приоткрыты для избежания дремоты, но если медитирующий не склонен к ней, лучше закрыть глаза, чтобы обеспечить тишину ума.
      5.4. Рот нужно закрыть; язык должен касаться неба, образуя мост, вдоль которого Прана может двигаться от носа к горлу.
      5.5. Медитирующий дышит через ноздри, не открывая рта.

6. Центральное состояние во время медитации.
      6.1. Медитирующий должен отложить в сторону все и не позволять мыслям возникать произвольно. Поле нашего интеллекта подобно пьесе, и каждая мысль является актером. Они возникают и падают внезапно, точно актеры, непрерывно появляющиеся и исчезающие на сцене. Очень трудно остановить возникновение мыслей.
      Если мы сумеем эффективно фиксировать внимание в каком-нибудь месте тела, то мыслительный процесс будет держаться под контролем. А если пристально сосредоточиться на центре тяжести нашего тела, то все мысли постепенно придут к концу.
      6.2. Медитирующий должен обратиться внутрь, тогда все ложные мысли прекратятся сами собой.

      Мы упомянули выше о запрещении произвольного возникновения мыслей, но сама идея о таком запрещении есть также мысль. Поэтому гораздо лучше использовать обращенные внутрь методы, которые называются также смотрением "в глубину". В общем, когда человек видит что-то, его глаза направлены к внешним предметам; поэтому их нельзя обратить внутрь, чтобы посмотреть в свой внутренний мир. В связи с этим наш метод состоит в закрывании глаз для обращения внутрь нашего внимания, чтобы исследовать интеллект; сначала нужно обрести ясность относительно возникновения и падения наших мыслей.
      Если мысль возникает, то следует посмотреть в нее, чтобы помешать ей привязаться к вещам; тогда она исчезнет. Когда возникает вторая мысль, также следует смотреть внутрь ее, и тогда она не сможет схватить что-либо; тем самым и вторая мысль исчезнет. Когда их источник будет должным образом очищен, мысли постепенно придут к концу.
      Начинающий обычно придерживается ложного взгляда, что до начала практики в медитации мыслей было очень немного, а после практикования они стали многочисленны. Это ошибка, ибо мысли всегда возникают и падают в уме; они не замечались раньше, но теперь они заметны во время медитации. Осознание существования мыслей есть первый шаг к самосознанию, и повторным упражнением в методе обращения внутрь число наших мыслей постепенно уменьшится, вместо того чтобы расти, как мы ложно полагаем.

      6.4. Нужно избегать нетерпения быстрого получения результатов и сохранять всегда нормальное, беспристрастное отношение к этому, подобно маленькой лодке без паруса и весел, которая спокойно плывет по течению.
      6.5. Медитируя, даже с закрытыми глазами нелегко воздерживаться от слышания звуков, тревожащих ум. Нужно поэтому направить внутрь зрение и слух и не обращать внимания на звуки и голоса; если медитирующий эффективно тренируется, то со временем он будет оставаться невозмутимым, даже если гора обрушивается перед ним.
      6.6. Нужно беспредельно верить в медитацию, подобно религиозному благочестивому человеку. Вначале вы обычно не чувствуете себя удобно во время сидения. Надо быть очень настойчивым в тренировке и продолжать ее непрерывно. Со временем медитация станет эффективной. Успех зависит лишь от силы веры.

      7. Продолжительность медитации.
      7.1. Когда эффективность медитации достигает своей глубокой стадии, ее следует продолжать непрерывно – во время лежания, ходьбы, стояния или сидения. Однако начинающие должны выбирать время для своей медитации. Минимальное требование – одна медитация в день.
      7.2. В принципе, чем дольше медитация, тем лучше результат. Однако медитация должна быть естественной и практикующий должен избегать напряжения для увеличения продолжительности медитации. Если он сможет сидеть 30 минут и делать это регулярно, то со временем достигнет хороших успехов. Однако, если практикующий занят и может медитировать лишь раз в день, рекомендуется делать это утром после сна.
      7.5. Если каждый вечер, перед сном, адепт сможет выполнять другую краткую медитацию 15-20 минут, то прогресс будет более быстрым. Тогда его основная медитация будет утром, а вторая – вечером.
      7.6. Каждое утро, встав с постели, практикующий должен массировать верхние и нижние части живота и отрегулировать дыхание перед туалетом. Эту процедуру можно проделывать в постели. Затем можно совершать утреннюю медитацию.

Б. [b]Регулирование дыхания.[/b]

      Дыхание является функцией жизни, причем самой важной. Человек не осознает при этом, что дыхание важнее, чем еда и питье.
      Есть два вида дыхания: естественное и правильное.
       Естественное дыхание.
      Естественное, или брюшное, дыхание состоит из вдоха, достигающего нижних частей легких, и выдоха, который начинается оттуда же. При этом дыхании воздух входит и наполняет все части легких, расширяя их внизу и надавливая на диафрагму; грудь релаксируется, а живот расширяется. При выдохе живот сокращается и толкает диафрагму вверх к легким, изгоняя весь нечистый воздух. Поэтому необходимо, чтобы дыхательная функция, которая расширяет и сокращает легкие, была в гармонии с движениями живота и диафрагмы, соответствуя закону природы и обеспечивая свободную циркуляцию крови. Этому методу дыхания нужно следовать не только во время медитации, но также в любое время: при ходьбе, стоянии, сидении и лежании.
      Дыхание регулируется следующим образом.
      1) При выдохе низ живота сокращается, толкая диафрагму вверх, сжимая грудь и выгоняя весь нечистый воздух из легких.
      2) При вдохе чистый воздух проходит через ноздри, медленно наполняя легкие и прижимая диафрагму книзу, причем низ живота расширяется.
      3) Вдох и выдох должны быть плавными, глубокими и непрерывными, достигающими низа живота, который станет тугим и полным.
      4. Вдохи и выдохи должны быть медленными, непрерывными и тонкими; практикуйте, пока дыхание не станет незаметным.
      5. Когда это достигнуто, дыхание кажется исчезнувшим, практикующий при этом чувствует, будто дыхание входит и выходит через поры по всему телу. Это является высочайшим достижением в искусстве дыхания.

       Правильное дыхание,называемое также обращенным, является глубоким и тонким, как и естественное, нo с противоположными расширяющим и сжимающим движениями низа живота и с диафрагмой, толкаемой вверх или нажимаемой вниз с той же целью. Оно регулируется таким образом.
      1) Выдох должен быть медленным и непрерывным; низ живота расширяется; в результате он будет твердым и полным.
      2) Область ниже пупa будет наполнена Жизненным Началом, грудь становится пустой и релаксированной, а диафрагма ненатянутой.
      3) Вдох глубокий и непрерывный, чтобы наполнить грудь до полной вместимости; при этом грудь расширяется при одновременном сокращении нижней части живота.
      4) Будучи надавленной вниз воздухом, который наполняет легкие, и толкаемая вверх сокращающимся животом, диафрагма становится более активной.
      5) Хотя грудь и расширяется, живот, сокращаясь, не является пустым. При таких вдохах и выдохах центр тяжести должен находиться в животе ниже пупа, поскольку этот центр тогда становится устойчивым.
      6) Дыхание должно быть тихим, тонким и не слышным.
Из написанного ясно, что и в естественном и в правильном дыханиях цель – сделать диафрагму более активной. Правильное дыхание заставляет живот расширяться и сокращаться неестественным образом, так что диафрагма может стать крепче, а движения ее – легче.
      Начав практику медитации, я нашел правильное дыхание очень хорошим для себя. Некоторые читатели написали мне, что они не в состоянии практиковать это дыхание. Поэтому, если оно не подходит медитирующему, посоветую практиковать естественное дыхание, свободное от всяких затруднений.

       [u]Дыхательное упражнение[/u].
Неважно, практикуется естественное или правильное дыхание, – существенные черты его сохраняются.
      Дыхание, короткое сначала, удлиняется постепенно.
     Оно должно быть медленным и тонким, неслышным и глубоким и осторожно переноситься вниз, достигая низа живота.
     Как только упражняющийся привыкнет к данной практике дыхания, он сможет без особого напряжения и постепенно удлинить свое дыхание, пока каждый вдох и выдох вместе не будут продолжаться целую минуту.
      Каждый день тонкое и неслышимое дыхание нужно практиковать постоянно, без перерыва.
    Во время медитации все мысли должны быть изгнаны.

       Понижение желудочной впадины и ее отношение к дыханию.Мы уже имели дело с позой для медитации, при которой желудочная впадина понижена. Это является важнейшим фактором регулирования дыхания и обеспечивает активность самой медитации. Читатели должны обратить внимание на следующее:
      а) При начале длительного упражнения начинающий обычно чувствует, что желудочная впадина тверда и мешает дыханию, которое невозможно регулировать, потому что диафрагма не может свободно двигаться вверх и вниз. Нужно решительно преодолеть это.
      б) Надо избегать напряжения, когда дыхание затруднено, или позволить ему принять естественный ход, фиксируя внимание на низе живота.
      в) Нужно релаксировать грудь, чтобы циркуляция крови не вызывала давления на сердце; тогда желудочная впадина опустится автоматически.
      г) Со временем диафрагма будет релаксирована, а дыхание – тонким и непрерывным. При этом каждый вдох достигает центра тяжести под пупом, а каждый выдох будет начинается оттуда. Это будет доказывать, что желудочная впадина эффективно опущена.

     [u] Вибрация в животе.[/u]
Долгая практика медитации обычно приводит к вибрации, чувствуемой в низе живота под пупом: это показывает, что живот полон психической силы.
      Примерно за 10 дней до этой вибрации, медитирующий испытает жар, движущийся в животе ниже пупа.
     После того, как жар появится несколько раз, внезапно нижняя часть живота начинает вибрировать, а все тело трястись; медитирующий должен не беспокоиться, а предоставить этому состоянию идти своим естественным путем.
  Скорость и продолжительность этой вибрации индивидуальны; она просто происходит и ее не следует ни искать, ни подавлять.
  Когда эта вибрация чувствуется, медитирующий должен представить себе (но без напряжения), что горячая сила идет вниз и проходит через копчик, поднимается по позвоночнику до верхушки головы, проходит через нее, затем опускается, проходя через лицо, грудь, желудочную впадину, чтобы вернуться в живот ниже пупа. Этот канал от копчика к желудочной впадине не открывается немедленно; могут пройти несколько месяцев или даже год после 1-й вибрации.
      Со временем этот движущийся жар будет подниматься и опускаться сам собой и может, в зависимости от силы воображения, распространяться на все части тела, достигая даже ногтей и концов волос, в результате чего все тело станет теплым и необычно приятным. Это то, что древние называли "свободным проходом через Трое Ворот", причем Первые Ворота находятся в копчике, Вторые – в позвоночнике между почками, а Третьи – в затылке.

10. [b]Окончательное осуществление.[/b]

      Если медитирующий правильно практикует Чжи Гуань, он сможет ясно постичь, что все вещи созданы умом и являются пустыми, потому что все непосредственные и обстоятельные причины также нереальны (их имена не обозначают что-либо реально существующее. Мы живем в мире иллюзий, ибо привязаны к именам и терминам, которые не имеют собственной Субстанции.) Это – прекращение Чжи ради постижения всех возникающих причин – постижения Реальности.
      Это – медитация на нереальном, вытекающем из реализации пустого, которая также называется медитацией на пустоте, Глазом Мудрости или Всезнанием. (1-й из трех родов Мудрости: Шравака и Пратьекабуддхи – знание того, что все вещи пусты и нереальны; знание Бодхисаттвы всех вещей в их собственном распознавании и последнее совершенное знание Будды всех вещей в каждом их аспекте и соотношении в прошлом, настоящем и будущем; наконец – Всезнание.)
      Этот правильный метод следования внешним причинам в практике медитации Чжи состоит в смене созерцания пустоты на созерцание кажущегося и называется всеобщей медитацией или Умом Дхармы, или Мудростью семени Дао (знание Бодхисаттвы, 2-й из трех видов Мудрости). Именно созерцание пустоты ведет к Истинному Прозрению в "Середину", включающую в себя оба пути. Ум в своем Нирваническом состоянии будет сам собою течь в океан Сарваджни (Срва – все, Джнья – знающий). Если Бодхисаттва желает с быстротой мысли достигнуть Единства всех Дхарм Будды, он должен практиковать откладывание в сторону (Чжи) двух крайностей, чтобы достигнуть Истинного Прозрения в Середину.
      Что означает практика Истинного Прозрения? Если природа ума осознана как не являющаяся ни реальной, ни нереальной, то ум, перестающий хвататься за реальное и ложное, прав. Прозрение внутрь природы ума, которая не является ни пустой, ни ложной, свободной от уничтожения и пустого и кажущегося, обеспечит достижение Середины, которая включает в себя эти оба пути.
      Если Середина, вбирающая в себя пустое и кажущееся, созерцается внутри ума "Я", то она также созерцается и внутри всех вещей (Дхарм); ее не следует схватывать, ибо ее фиксированную природу нельзя раскрыть. Это называется Истинным Прозрением в Середине
 
      "Правильное созерцание Середины есть глаз Будды, или Всезнание. Пребывающий в этом медитативном состоянии, уравняет Дхьяну с Мудростью, ясно будет созерцать природу Будды, блаженно пребывать в состоянии Махаяны, идти по Пути ровно и правильно вперед и, подобно ветру, автоматически будет течь в океан Сарваджньи, где он будет действовать подобно Татхагате, посредством вхождения в местопребывание Татхагаты, нося одежды Татхагаты и сидя на троне Татхагаты". (Лотосова Сутра. Местопребывание Татхагаты – всеобщее сострадание к живым существам; одежда Татхагаты – доброта и всепрощение, и трон Татхагаты – неизменность пустоты всех вещей.) Он украсится величием Татхагаты, очистит все 6 органов чувств, войдет в Обитель Будды и освободится от загрязнения среди всех явлений (Дхармы).

      Мы объяснили кратко осуществление плода (Боддхи), как результат практики Чжи Гуань Бодхисаттвами, умы которых недавно посвящены в Середину. Теперь рассмотрим осуществление ими Окончательного Ума. Стадия, достигнутая Окончательным Умом, не может быть познана, но можно заключить из Учения, что она не очень отклоняется от двойственного метода Чжи и Гуань.
 "Все Будды приобрели освобождение посредством ума;
Которые, когда он чист и ясен, также незапятнаны.
Пять миров, когда они незапятнаны, лишены формы.
Тот, кто изучает это, осуществляет великое Дао".
 
      Этот важный Трактат школы Тянь Тай должен изучаться с величайшей заботой и внимательностью, чтобы тщательно понять его перед переходом к его практическому применению.
      В молодости я практиковал эту медитацию Тянь Тай, но потерпел жалкую неудачу из-за стремления получить быстрый результат, что было всегда моей слабостью; нетерпение является очень большим препятствием в нашей духовной тренировке, и его следует преодолевать всеми силами на практике у каждой из Дверей Дхармы. Как только это препятствие удалено и ум свободен от всех помех, различные состояния, описанные нами, будут раскрываться сами собой, причем медитирующий будет их незаинтересованным зрителем. Только тогда тренировка будет эффективной.
      После того, как мы отделили себя от всех земных страстей и чувств, превосходные корни или качества, которые в нас спят, проявятся. Эти переживания приходят автоматически и неожиданно к практикующему, который никогда не должен ожидать результатов тренировки, чтобы привести свой ум в спокойное состояние. Это подобно текущей воде, которая образует канал сама по себе, без посторонней помощи. Поэтому древние повторяли предупреждения против добавления второй головы к своей собственной, поскольку если ум настроен на получение результатов, практика будет поставлена в неблагоприятное положение.

[b]Чжи Гуань – Дверь Дхармы.[/b]

      Когда практикующий сидит в медитации, он должен держать тело и конечности в правильном положении и регулировать дыхание, иначе очень трудно контролировать ум, который привык постоянно блуждать в поисках внешнего. Поэтому надо быть очень терпеливым в практике Чжи Гуань – Двери Дхармы. После некоторого прогресса в регулировании тела, дыхания и ума тренировка должна быть дополнена методом Чжи Гуань. Даже если это регулирование не удается, Чжи Гуань всегда можно практиковать.
      Чжи есть прекращение, то есть остановка вводящего в заблуждение и ложного ума. Ум подобен обезьяне и не останавливается ни на мгновение. Что же тогда делать? Надо помешать этой обезьяне двигаться, привязав ее к столбу, после чего она перестанет бесцельно прыгать. Первым шагом является фокусировка ума на каком-нибудь предмете. Когда ложный ум движется, он знает что-то, называемое объектом, внезапно думая об одном, потом о другом, третьем предметах – это и есть привязанность к объектам. Цель метода Чжи – прикрепление блуждающего ума к стойке – точно так же, как привязывают обезьяну к колу; это – прекращает блуждание ума. Есть несколько способов остановки ума, но двумя обычными являются следующие:
      1) Фиксирование ума на кончике носа, где медитирующие видят, как входит и выходит их дыхание, откуда и куда оно идет. Тем самым ум будет подведен под контроль.
      2) Фиксирование ума на точке чуть ниже пупа – наиболее подходящем месте для фиксации, ибо центр тяжести тела находится в животе. Затем нужно мысленно представить вдох и выдох, проходящие по вертикали от ноздрей в низ живота и обратно. Со временем блуждающий ум будет автоматически приведен к остановке. Это упражнение также помогает регулировать дыхание.

      Когда медитирующий ознакомится с одним из этих методов, он должен практиковать задерживающий ум метод Чжи. Что это за метод? Мы имели дело с методом привязывания ума к внешним объектам, но представлять объект и означает привязываться к нему умом. Нужно смотреть в ум, чтобы выяснить, где возникла мысль, тем самым останавливая ее и мешая ей следовать за внешним объектом. Этот метод гораздо тоньше, чем предыдущий; это переход от грубого к более тонкому упражнению.
      На следующем шаге нужно практиковать метод Чжи Воплощения Реального, который значительно более продвинут, чем задержка ума. Первые два метода являются предварительными, а третий – настоящим методом остановки Чжи. Что это за метод? "Воплощение" означает понимание или реализацию, а "реальное" есть лишь Реальность. Это – ясное понимание того, что все преходящие мысли принадлежат уже прошлому, как только возникают в уме, и поэтому нереальны, лишены реального содержания. Привязываясь к ним, ум будет пустым, и поэтому нет необходимости прекращать ложное, которое исчезнет само по себе. Где нет больше ложного, есть лишь Реальность. Ум в этом состоянии и есть "Воплощение Реальности".
      Тренировка во время сидения, согласно методу Воплощения Реального, состоит в закрывании глаз и обращении внутрь созерцания, чтобы размышлять над человеческим телом, которое растет от детства к зрелости и старости и кончается смертью, а также над каждой из клеточек тела, которая изменяется и заменяется новой клеткой каждое мгновение, беспрерывно, и поэтому тело является полностью нереальным; это показывает, что нет реальности в существующем "эго", которую можно было бы подтвердить.
      Затем нужно обратить созерцание внутрь, чтобы посмотреть в возникающие и текущие непрерывно в уме мысли; вы найдете, что прошлые мысли ушли, настоящие не стоят на месте, а будущие еще не пришли. Затем надо спросить: "Которая из этих мыслей является моим умом?" и осознать, что и ложный ум, который возникает и падает, является нереальным, лишенным реального содержания. Постепенно ознакомитесь с этой нереальностью, и ложный ум тогда сам придет к концу. Там, где ложный ум останавливается, появляется Реальность.

      В начале медитации ум не остановлен и его не легко контролировать; этот неустановленный ум всегда склонен подниматься ввысь. Его успокаивают остановкой – Чжи. Если ум останавливать снова и снова, то мыслительный процесс постепенно придет к концу. Позже медитирующий не будет сознавать, что он уже склонен к дремоте; это опускающийся ум. Для его пробуждения нужно созерцать Гуань. Это не значит смотреть наружу; нужно закрыть глаза и обратить внимание внутрь, чтобы смотреть в ум "я". Есть 3 вида созерцания (Гуань).
      1) Созерцание пустоты, которое состоит в смотрении во все вещи во Вселенной, от наибольшей, включая большую Землю, горы и реки, до мельчайших, включая свои тело и ум; вы постигнете, что все эти вещи изменяются каждое мгновение и, таким образом, не существуют и пусты. Поэтому смотрение ума в эту пустоту и называется Созерцанием Пустого.
      2) Если вы уже знакомы с Созерцанием Пустого, то нужно смотреть в свой ум, откуда возникают мысли, и вы найдете, что каждая мысль имеет свой объект, ту или иную вещь и осознаете, что все явления обязаны своим существованием соединению непосредственной причины и внешнего сопутствующего обстоятельства. Каждое явление в мире создается соединением непосредственной и обстоятельственной причин и исчезает, как только эти причины разъединяются. Аналогично и мысли, которые возникают в уме, не могут быть схвачены. Созерцание, производимое таким образом, и есть Смотрение в Нереальное.
      3) Рассмотренные с противоположных позиций Созерцание Пустого и Созерцание Нереального – это достижение все еще неполное, и медитирующий должен сделать шаг дальше, с пылом и прилежанием. Достигнув Созерцания Пустого, не нужно привязываться к этой Пустоте и охватывать Нереальное. Добившись успеха в воздержании от обеих крайностей, пустого и нереального, недоверяющий и непривязанный ум будет воистину ярким. Это и есть Созерцание Середины.
      На первый взгляд, вышеописанная Чжи Гуань – Дверь Дхармы кажется проходящей различные последовательные стадии. На практике же применение Чжи или Гуань зависит только от склонности ума в ходе медитации. Фактически цель Чжи – возвратить все вещи к одной – Уму, а цель Гуань – ясное внутреннее прозрение в истину для освобождения от иллюзии. Практикуя остановку Чжи, не следует отклоняться от созерцания Гуань, а практикуя созерцание Гуань, не нужно отклоняться от Чжи.

[b]Шесть глубоких дверей Дхармы (Лу Мяо Фа Мэн).[/b]
 
      Дыхание – источник жизни.Жизнь сохраняется дыханием, которое связывает тело с умом и обеспечивает существование тела.
      Шесть Дверей Глубокой Дхармы сосредоточены на дыхании и являются тщательно разработанным методом медитации. Его можно применять после реализации метода Чжи и Гуань или сразу же, без предварительной медитации Чжи Гуань, Метод состоит в счете, следовании, остановке (Чжи), созерцании (Гуань), возвращении и очищении.
      1) Что такое счет? а) Практика посредством счета. Отрегулировав дыхание, чтобы оно не было ни напряженным, ни расслабленным, немедленно считайте от 1 до 10 вдохи или выдохи и фиксируйте внимание на этом счете, чтобы ум не блуждал. Затем обратите ум назад и начните счет снова с единицы. Это и есть практика посредством счета, б) Реализация посредством счета. Практиковать счет от 1 до 10 следует постоянно, пока дыхание не станет таким тонким, что его нельзя будет считать. Это – реализация посредством счета.
      2) После этого надо прекратить счет и практиковать метод следования дыханию, имеющий две фазы, а) Практика следования дыханию. После прекращения счета дыханий надо сосредоточить ум на наблюдении за каждым вдохом и выдохом. Тогда ум будет сопровождать дыхание, которое также будет следовать за ним, пока ум и дыхание не станут тесно и непрерывно зависеть друг от друга. Это и есть практика посредством следования дыханию, б) Реализация следованием дыханию. Поскольку ум становится постепенно утонченным и тонким, медитирующий будет замечать длину своего дыхания, и тогда он почувствует, что дыхание словно проходит через поры его тела. Интеллект теперь заморожен, спокоен и тих. Это – реализация посредством следования дыханию.
      3) Постепенно медитирующий будет замечать, что метод следования дыханию является все еще грубым и его нужно оставить и заменить практикой Чжи (прекращения), у которой так же 2 фазы а) Практика Чжи. После прекращения следования за дыханием нужно намеренно, но не вмешиваясь, фиксировать свой ум на кончике носа. Это – практика Чжи. б) В ходе указанного выше упражнения медитирующий внезапно осознает, что его тело и ум кажутся исчезающими, и он войдет в состояние тишины – Дхьяны. Это – реализация посредством практики Чжи.
      4) На этой стадии медитирующий должен знать, что хотя состояние Дхьяны и хорошо, но нужно обратить свет ума на себя самого, так что он не будет пойман в этой тишине. Итак, нужно практиковать созерцание, определяемое двумя фазами, а) Практика посредством созерцания (Гуань). В этом тихом состоянии нужно смотреть пристально в свои утонченные и тонкие вдохи и выдохи, которые подобны ветру и пустоте и не имеют собственной реальности. Это – практика Гуань. б) Со временем, постепенно, "Глаз Ума" откроется и вы ясно почувствуете, что дыхание входит и выходит через все поры тела. Это – реализация посредством созерцания (Гуань).
      5) После долгой практики созерцания нужно последовать методу возвращения, в котором опять две фазы, а) Практика метода возвращения. Когда ум установлен на созерцание дыхания, создаются объективный ум, созерцающий дыхание, и само объективное дыхание, которое совершается, и они представляют две крайности двойственности, находясь в абсолютном состоянии; их поэтому следует вернуть к фундаментальному уму. Это – практика возвращения, б) Так как созерцающий дыхание возникает из ума, то он будет следовать за умом при его падении. Подъем и падение ума в своей основе иллюзорны и нереальны, подобно воде, которая поднимается в волнах; волны не являются водой, основное лицо которой можно увидеть только тогда, когда волны улеглись. Поэтому и ум, который поднимается и падает, не является Истинным Умом "Я". Мы должны смотреть в этот Истинный Ум "Я", который не создан и поэтому находится вне "есть" в является пустым. Поскольку же он пуст, то не существует и созерцающего предмета. В этом исчезании знания и его объекта заключается реализация метода возвращения.
      6) После описанной реализации остается идея возвращения. Ее нужно стереть медитацией на чистоте, у которой 2 фазы, а) Практика очищающего метода. Когда ум чист и ясен и перестает различать, это – очищающая практика, б) Реализация состояния чистоты: когда ум тих, подобно спокойной воде, с полным отсутствием ложного мышления, за которым следует проявление Реального Ума, не существующий отдельно от этого ложного думания, то возвращение от ложного к реальному подобно успокоению воды, обнаруживающей Истинную Воду.
      Из перечисленных Шести Дверей Глубокой Дхармы счет и следующие за ним методы образуют предварительную практику, а методы прекращения (Чжи) и созерцания (Гуанъ) составляют Главную Практику, и, наконец, методы возвращения и очищения образуют Заключительную Практику. Поэтому прекращение (Чжи) является Главной медитацией с созерцанием (Гуань) как ее поддержкой, пока не осуществится ясное восприятие. Только тогда возвращение и очищение могут принести окончательный результат.

[img]https://d.radikal.ru/d23/1905/40/a9b8d8f92e77.jpg[/img]



7. [b]Проявление хороших корней (качеств)[/b].
   
      а) [u]Проявление превосходных корней[/u].
(1) Проявление превосходных качеств, вызванное эффективным контролем над дыханием. Благодаря адекватной практике Чжи Гуань, медитирующий достигает успеха в регулировании своего ума и тела, останавливая поток мыслей. Так он постепенно приводит ум в состояние Дхьяны, но все еще остается в обители желаний, прежде чем достигнет стадий развития Бодхисаттвы. В этой тишине его тело и ум кажутся исчезающими и становятся нематериальными. Стабилизированный ум теперь чувствует себя легко, и в этом состоянии Дхьяны формы и очертания его тела и ума не могут быть восприняты.
      После 1-2 медитаций (или через 1-2 месяца) дыхание становится неощутимым. Это состояние Дхьяны не рассеется, но будет продолжаться, и внезапно тело и ум начнут реагировать невольными движениями, производящими 8 физических ощущений. Когда эти ощущения чувствуются, тело и ум становятся несравненно более легкими, спокойными, пустыми, тонкими, полными блаженства, чистыми и ясными. Это проявление превосходных качеств, вызванное основной Дхьяной, которая осуществляется спокойным дыханием.
      Практикующий может также, все еще находясь в обители желаний, перед достижением стадии Дхьяны развития Бодхисаттвы внезапно осознавать и чувствовать при каждом вдохе и выдохе, что все поры его тела открыты и свободны, так что глазом своего ума он видит ясно все поры своего тела, будто он открыл склад, чтобы ясно видеть сложенное там. Он будет поражен, переполнен радостью, и его ум будет спокойным и счастливым. Это проявление превосходных корней, вызванное стабилизацией дыхания.

      (2) [u]Проявление превосходных качеств, вызванное созерцанием бренности[/u]. Практикующий может, все еще находясь в обители желаний и перед достижением стадии Дхьяны развития Бодхисаттвы, созерцать нематериальность тела и духа в.их тихом состоянии, видя распухшие и гниющие трупы людей, которые источаются червями и гноем, и кучу белых костей. Со смешанным чувством скорби и радости он будет теперь питать отвращение ко всему, что ранее ценил. Это – проявление превосходных качеств, вызванное девятикратной медитацией над трупами.
      (Навасамджнья, медитация над бренностью или девятикратная медитация над мертвым телом: его распухание; синий, пятнистый цвет гниение; запекшаяся кровь; гниение и распадание плоти; пожирание его птицами и зверями; распадание на части; белые кости; их сгорание и превращение в прах.)
      Медитирующий может также, находясь в этом тихом состоянии внезапно увидеть нечистоту в своем теле и беспорядочные опухоли на нем, а также осознать, как его белые кости поддерживаются друг другом от головы до ступней. После этого видения, пока ум стабилизирован, он будет поражен и пробужден, возненавидит 5 вредоносных желаний и отбросит сложившиеся понятия о себе и одругих. В этом заключается проявление превосходных корней, как результат отречения. Находясь в этой тишине ума, он также может увидеть, что внутренности и наружная поверхность тела, все птицы и звери, пища и питье, одежда и дома, холмы и рощи – все нечисты. Это проявление превосходных корней, вызванное полным отбрасыванием всех нечистот.

      (3) [u]Проявление превосходных качеств, вызванное врожденной добротой[/u].
      Вследствие успешной практики Чжи Гуань, медитирующий осуществляет состояние тишины в обители желаний, прежде чем достичь стадии Дхьяны в развитии Бодхисаттвы. Пребывая в этом состоянии, он может испытать беспредельное чувство доброты ко всем живым существам, или, испытывая любовь к ближнему, он может достичь глубокой Дхьяны, при этом с радостью, блаженством, чистотой и ясностью, которые несравненны. После медитации ум будет полон радости и счастья, и при встрече других людей выражение его лица будет всегда дружеским и полным симпатии. Это проявление превосходных корней, вызванное добротой сердца практикующего. Аналогично, те же самые превосходные корни будут проявляться благодаря свойственным практикующему чувствам сострадания (Каруна), радости (Мудита) и отречения (Упекша).

      (4) [u]Проявление превосходных качеств в результате пробуждения к 12 звеньям в цепи причинности[/u].
      Благодаря эффективной практике метода Чжи Гуань, медитирующий достигает состояния тишины в обители желаний до осуществления им Дхьяны тела и ума в стадии развития Бодхисаттвы. В этом состоянии он может внезапно пробудиться и смотрением в 12 звеньев цепи существования, таких как невежество (Авидъя), активность (Самсара) и т. д., а также прошлого, настоящего и будущего, он сможет созерцать свое существование и других и избежать смерти и рождения, установит чувство равновесия и легкости, разовьет в себе правильное понимание посредством Мудрости, испытает радость в Дхарме и состояние незаинтересованности в земном.
      Он может прийти к такому же результату смотрением в 5 агрегатов: в форму (Рупу), восприятие (Ведану), различение (Саньджню), распознавание (Самскару) и сознание (Виджняну). В 12 входов – 6 органов чувств и 6 видов чувств, которые ведут к различению. В 18 обителей чувств или Дхату: 6 органов чувств, а также их объекты и восприятие. Это проявление превосходных корней посредством 12 Нидан.

      (5) В то время, как его тело и ум находятся в состоянии тихой нематериальности, он внезапно вспоминает непостижимые заслуги, физические признаки и превосходные аспекты всех Будд; их неизмеримые 10 сил; 4 вида бесстрашия, 18 непревзойденных характеристик, Самадхи и освобождение; их таинственные силы преобразования и беспрепятственное, широко распространенное проповедование для блага живых существ.
      Вспоминая это, медитирующий дает возможность возникнуть чувствам почтения и благоговения, тем самым развивая свое собственное состояние Самадхи, приводящее к тому, что его тело и ум становятся радостными, счастливыми, легкими, устойчивыми и свободными от всех зол. Выходя из этого состояния тишины, он чувствует себя хорошо и легко. Это и есть проявление превосходных корней, вызванное осуществлением Самадхи и благодаря воспоминанию о Будде. (Самадхи, достигнутое сосредочивающим свое внимание исключительно на Будде, бесконечно призывая его Имя.)
      Далее, если медитирующий, благодаря его эффективной практике метода Чжи Гуань, осуществляет состояние чистоты и ясности как тела, так и ума, то он может пробудиться к Дверям Дхармы, таким, как Учение о преходимости, страдании, нереальности и несуществовании "я"; о бренности; о том, что следует за тем, когда смертность прекращается; о постоянном воспоминании о Будде; наставлениях об отречении и небесных благословениях; о 4-х надлежащих линиях упражнения, о 4-х продвинутых шагах вездесущности; о 7 степенях Просветления (см."Учения Чань и Дзэн", T.III, Сутра Полного Просветления); о пустоте, нематериальности, неактивности; о 6 совершенствах и их Парамитах. (Парамита – метод достижения Просветления: Пар – противоположный берег, Амита – идти.) Поэтому Сутра говорит: "Когда ум подведен под полный контроль, все вещи возможны".

8. [b]Различение вредоносного вмешательства Map.[/b]

          Нужно знать, что основная Сущность Обители Мары тождественна с Сущностью Области Будд. Оба состояния имеют одну и ту же Абсолютность, тождественны и поэтому недвойственны. Поскольку Обитель Мары не может быть отброшена, то не следует хвататься за Область Будд, и тогда Дхарма Будды сама проявится перед медитирующим, причем все проявления Map исчезнут сами собой.
      Если состояния Map длятся месяцами, то нужно настроить ум и твердо пребывать в правильном мышлении, не поддаваясь тревоге и страху. Нужно читать вслух Сутры, молча повторять Мантры и фиксировать ум на Трех Драгоценных. После медитации нужно снова повторять Мантры. Зло не может долго тягаться с Истиной и эти состояния Мары со временем исчезнут сами собой.
      Одним словом, нужно избежать ложного направления и вернуться к истинному, состоящему в смотрении в лежащую в основе всех вещей реальность и практике Чжи Гуань, уничтожающей всякую ошибочность. Нагарджуна сказал: "Кроме реальности, лежащей в основе всех Дхарм (то есть Бхутататхаты), нет вещи, которая не относится к Маре".
 "Различение, мысль и воспоминание являются сотнями Map.
Невозмутимость и неразличение являются печатью Дхармы".  

       9. [b]Исцеление заболеваний.[/b]

Сказал Учитель: "Лишь фиксируя ум на больном месте, можно излечить болезнь".
      Другой Учитель сказал: "На расстоянии дюйма ниже пупка находится Удана, называемая Дань Тянь (Тэндай по-японски; резервуар Жизненного Начала, которое может быть превращено в Эликсир Жизни, согласно Даосам). Если ум определенно зафиксирован там, то со временем все заболевания могут быть излечены".
      Третий Учитель сказал: "Если во время ходьбы, стояния, лежания и сна ум зафиксирован на подошвах ступней, то все болезни будут излечены".
      Четвертый Учитель сказал: "Если все веши (Дхармы) рассматривать как нереальные и несуществующие и не думать о заболевании, то всякое расстройство прекратится в состоянии тишины, и многие заболевания будут искоренены". Почему? Если ум спокоен и находится в счастливом состоянии, то все заболевания исчезнут. Сутра гласит: "Откуда возникают заболевания? Из привязанностей к внешним причинам. Как это обрезать? Поняв, что ум ничего не выигрывает от этого". Если Чжи практикуется правильно, все болезни будут искоренены.
       Лечение посредством Гуань.Один Учитель сказал: "Лишь представьте себе мысленно свой думающий ум как поражающий болезни посредством какого-либо из 6 методов дыхания". Это лечение посредством Гуань. 6 дыханиями являются: короткий выдох (пыхтение – короткое и быстрое продувание холодного дыхания, чтобы прогнать заболевание дуновением); изгоняющее, выталкивающее дыхание (слышимый выдох, исторгающий дыхание, похожее на выстрел, разряд); кричащее (слышимый выдох, исторгающий дыхание, похожее на выстрел, имеющий прогоняющий характер); вздыхающее (слышимый выдох теплого дыхания, выражающий облегчение); смягченно-умеренное (медленный смягченный выдох теплого дыхания); тихое (тонкое дыхание для гармонизации тела и ума).
      Это – дыхания, приходящие изо рта и выходящие непрерывно, чтобы прогнать все болезни.
 "Все мудрецы знают, что вдох исцеляет сердце;
Выдох лечит желудок, и тихое дыхание – легкие".
       Что такое неотклонение? – Ум в тесном согласии с этим методом без отклонения от него даже на мгновение. Что такое надлежащий подход? – Правильное дыхание и искусная визуализация для выздоровления. Что такое длительная выносливость? – Если практика не дает немедленного выздоровления, то ее следует продолжать непрерывно, невзирая на время. Что такое способность удерживать и отбрасывать? – Это означает, что в тонком состоянии ума, сосредоточенного на лечении болезни, все вредное должно быть отброшено.

6. [b]Главная практика.[/b]

Метод Чжи Гуань можно практиковать либо сидя в медитации, либо во время обычной мирской деятельности.
А.[i] Практика Чжи Гуань в медитации. [/i]
Хотя метод Чжи Гуань можно практиковать при ходьбе, стоянии, сидении или лежании, сидячая поза наиболее подходящая.
[u] Практикование Чжи Гуань для овладения грубым и расстроенным умом.[/u]
Когда начинающий сидит в медитации, его ум обычно груб и неустановлен. Чтобы устранить эти состояния, надо пракиковать Чжи, а при неудаче немедленно перейти к Гуань. Поэтому сказано, что Чжи и Гуань практикуются для регулирования грубого и неустойчивого ума. Посмотрим, как это делается.
Во-первых, познакомимся с тремя методами практики Чжи:
(1) Фиксирование внимания на каком-либо предмете: кончике носа или пупе, чтобы ум не мог блуждать. Сутра учит: "Фиксированный ум не может отклониться и подобен связанной обезьяне".
(2) Воздержание ума или подчинение заключается в отклонении ума от блуждания, как только он начинает двигаться. Сутра говорит: "5 органов чувств контролируются умом; поэтому ты должен остановить свой блуждающий ум".
(3) Прекращение всех возникающих причин для воплощения Абсолютной Реальности осознанием, что все вещи (Дхармы) возникают из ума благодаря непосредственным и существенным причинам и лишены всякой собственной природы. Если это будет понято, то ум не будет охватывать их, и его запутанное состояние придет к концу. Сутра: "Причины, которые не имеют собственника и пусты, создают явления. Кто успокаивает свой ум, чтобы достигнуть фундаментального, называется истинным монахом".

В ходе медитации начинающий заметит, что ни одна из возникающих в его уме мыслей не остается там даже на мгновение. Если применяя 3-й метод Чжи (прекращение всех возникающих причин), он потерпит неудачу и не сможет остановить поток ложных мыслей, то нужно употребить метод Гуань и посмотреть туда, где возникают эти мысли. Он найдет, что прошлый ум ушел, настоящий не остается, а будущий еще не пришел. Он откроет, что ум нигде нельзя найти даже после утомительных поисков в трех временах. Значит, ум не существует и все вещи также не существуют.
Хотя его самонаблюдение (Гуань) доказывает, что ум не останавливается и поэтому не существует, имеется мысль о его наличии, которая возникает сама по себе. Тогда нужно смотреть в эту мысль и станет ясно, что контакт 6 внутренних чувств с их 6 внешними данными создает промежуточное сознание. Так как теперь создание мысли рассмотрено, то происходит ее уничтожение таким же образом. Поэтому создание и уничтожение мысли суть лишь произвольные акты.
Когда создающий и уничтожающий умы исчезают, состояние Нирваны становится очевидным, и там не возникает ни одна вещь (Дхарма). Это принцип нематериальной и тихой Нирваны, и когда она осуществлена, ум приходит к остановке (Чжи). Пробуждение веры подсказывает: "Если ум блуждает снаружи, его надо подвести под контроль и фиксировать на правильной мысли (это ум, вне которого нет явлений). Даже этот ум лишен сущности (Савалакшаны – индивидуальности). Начинающему трудно стабилизировать ум. Это подобно стрельбе из лука, которой можно овладеть лишь после долгой тренировки.

Для практики Гуань существуют 2 метода: 1) созерцание противоположных вещей, например: ограниченности в пределах существования, чтобы стереть нашу привязанность к "я"; считаемых дыханий, чтобы положить конец текущим мыслям.
2) Правильное созерцание, которое состоит в смотрении внутрь всех вещей, не имеющих собственной реальности, но являющихся созданиями, вызванными прямыми и косвенными причинами. Поскольку причины тоже не имеют природы, то они тождественны лежащей в их основе реальности, из которой они происходят. Созерцаемые так вещи нереальны, и созерцающий их ум перестанет возникать. Послушаем Гатху из Сутры:

[i]"Все вещи неустойчивы, но появляются в наших мыслях.
Когда их рассматривают как нереальные,
То не остается мыслей о них".[/i]

[u] Практика Чжи Гуань для нормализации тонкого ума.[/u] После использования Чжи и Гуань для овладения грубым и неустойчивым умом и его стабилизации ум входит в состояние тишины (Дхъяны). Он теперь утончен, тело пусто, тихо и наполнено радостью и счастьем.
Если после нее ум все еще хватается, неспособный пребывать в тишине, то нужно практиковать Гуань, созерцая утонченный ум в состоянии тишины. Нужно перестать цепляться за идею тишины, и оба вида Клеш исчезнут. Это – практика Гуань. Таковы обычные способы практикования Чжи и Гуань для нормализации утонченного ума.

Б. [i]Практика Чжи И Гуань при вовлечении медитирующего в причинную деятельность.[/i]
Если забывать практиковать Гуань и Чжи, то упражнения будут неустойчивого, переменного характера. В результате образуется новая Карма; как же тогда можно быстро пробудиться к Дхарме Будды? Если же упражняться постоянно и в любых обстоятельствах, то вскоре полностью поймете все Дхармы Будды.
Как следует практиковать Чжи и Гуань, когда медитирующий вовлечен в причинную деятельность? Существуют 6 видов причинной деятельности: хождение, стояние, сидение, лежание, работа и речь. Как практиковать Чжи Гуань, когда смотришь на окружающее? Есть 6 объектов, воспринимающихся органами чувств: форма, предстоящая глазам; звук – ушам, запах – носу; вкус – языку; прикосновение (Дхарма) – разуму (Манасу).
1) Практика во время ходьбы.
Как практиковать Гуань во время ходьбы? Практикующий должен думать: "Так как ум заставляет тело двигаться, то существует продвижение вперед, которое называется ходьбой. Затем он должен повернуть внутрь свое созерцание, чтобы посмотреть в свой ум, настроенный на ходьбу, который не имеет ни формы, ни очертания. Он постигнет: то, что ходит, и все вещи, возникающие из этого, в своей основе нематериальны (пустое и тихое состояние вне всякого расстройства, состояние Нирваны).
2) Как практиковать Гуань стоя? Нужно повернуть внутрь Гуань и посмотреть в стоящий ум, не имеющий формы и очертания. Тогда постигнете, что тот, кто стоит, и все вещи, вытекающие отсюда, в основе нематериальны.
3) Как практиковать Гуань во время сидения? Нужно повернуть внутрь Гуань, чтобы посмотреть в свой ум, настроенный на сидение. Там практикующий не откроет ни его формы, ни очертания. Так он постигнет, что тот, кто сидит, и все вещи, возникающие отсюда, в своей основе нематериальны.
4) Как практиковать Гуань во время лежания? Нужно повернуть Гуань, чтобы посмотреть внутрь настроенного на лежание ума. Практикующий найдет, что ум не имеет ни формы, ни очертания и постигнет, что лежание, как и все вещи, возникающие из этого, в своей основе нематериальны.
5) Как практиковать Гуань во время работы? Если практикующий повернет Гуань внутрь, чтобы посмотреть в ум, настроенный на работу, то не увидит ни формы, ни его очертания. Так он постигнет, что все вещи, возникающие из этого, в основе своей нематериальны.
6) Как практиковать Гуань при разговоре? Практикующий должен дать возникнуть мысли: "Так как ум различает и заставляет внутренний воздух подниматься к горлу, то язык, зубы, губы и небо производят звуки и голос, и получается речь. Если он обратит внутрь Гуань, чтобы посмотреть в ум, настроенный на речь, то найдет, что ум не имеет ни формы, ни очертания. Он постигнет, что разговор и все вещи, возникающие отсюда, в своей основе нематериальны.

Как практиковать Гуань, когда глаза видят определенную форму? Практикующий должен дать возникуть такой мысли: "Когда форма видна, то ее природа нематериальна. Почему? Потому что в ясной пустоте между органом зрения и формой нет ничего видимого и различимого, но когда определенные причины вмешиваются и соединяют их, возникает восприятие зрения (или 1-е сознание), за которым следует способность ума (интеллекта), которая затем различает все формы. Практикующий затем должен обратить внутрь Гуань, чтобы посмотреть в ум, воспринимающий все формы, и он найдет, что ум не имеет ни формы, ни очертания. Так он постигнет, что все видимые вещи в своей основе нематериальны.

Как следует практиковать Гуань, когда тело подвергается прикосновению? Практикующий должен дать возникнуть мысли: "Физические ощущения: легкость, тяжесть, холод, тепло, грубость и мягкость чувствуются, когда прикасание испытывается телом. Природа прикосновения не существует, и тело также нереально. Когда прикосновение и тело соединены причинными обстоятельствами, то сознание объекта прикосновения возникает, а за ним следует способность ума, которая помнит и различает все приятные и неприятные ощущения". Практикующий должен тогда обратить внутрь Гуань, чтобы посмотреть в ум, который чувствует это прикосновение, и он найдет, что оно не имеет ни формы, ни очертания. Так он постигнет, что орган физического ощущения и сами ощущения являются в основе своей нематериальными.

"Будда сказал Субхути: "Если Бодхисаттва во время ходьбы сознает, что он ходит, когда он сидит – что сидит, и когда носит одежду, устремляет один глаз на свой Один ум, который входит и выходит из его состояния тишины, то он является истинным Бодхисаттвой Махаяны. Тот, кто может практиковать Махаяну таким образом при всех обстоятельствах, является непревзойденным и самым превосходным человеком, не имеющим равных в мире".